– Правда? – полыценно спросил Пульсифер и начал начищать клык Фампоуна с еще большим усердием. – Приятно слышать; мне не так часто говорят комплименты.
– Странно! Я вижу, что в тебе очень многое заслуживает похвалы. Твоя карьера поневоле идет рука об руку с карьерой Фампоуна, но у тебя ведь, наверное, есть и свои собственные цели и стремления?
Пульсифер подпер губу Фампоуна щеткой и оперся на образовавшийся уступ.
– Иногда я чувствую, что хотел бы взглянуть на внешний мир. Мы несколько раз поднимались на поверхность, но только ночью, когда звезды скрыты за густыми тучами, и даже тогда Фампоун жаловался на чересчур яркий свет и быстро возвращался сюда.
– Жаль, – заметил Кугель. – Днем есть на что посмотреть. Окружающий Лумарт пейзаж очень симпатичный. А Добрый Народ вот-вот начнет свой Великий Карнавал Полных Противоположностей, который, как говорят, представляет собой весьма живописное зрелище.
Пульсифер тоскливо покачал головой.
– Сомневаюсь, что мне когда-нибудь удастся увидеть такие события. А ты видел много ужасных преступлений?
– Да, мне многое довелось повидать. Например, я помню одного гнома из Батварского леса, который оседлал пельграна…
Пульсифер жестом прервал его.
– Погоди. Фампоун захочет это услышать. – Он опасно высунулся из разинутого рта и взглянул на прикрытые глазные яблоки. – Интересно, он, или, если быть более точным, я проснулся? Мне показалось, что я почувствовал шевеление. В любом случае, несмотря на то, что я получил удовольствие от нашего разговора, мы должны вернуться к своим обязанностям. Хм, шнур отключен от лампы. Не будешь ли ты так добр погасить свет?
– К чему спешить? – уклонился Кугель. – Фампоун мирно спит; позволь ему отдохнуть. А я тем временем хотел кое-что показать тебе. Азартную игру. Ты когда-нибудь играл в замболио?
Пульсифер ответил отрицательно, и Кугель вытащил из кармана карты.
– Смотри внимательно! Я раздаю каждому из нас по четыре карты, которые мы не должны показывать друг другу. – Кугель объяснил правила игры. – Мы обязательно играем на золотые монеты или что-то подобное, чтобы игра была интересной. Поэтому я ставлю пять терциев, и ты должен поставить столько же.
– Вон в тех двух мешках – золото Фампоуна, или, что в равной степени правомерно, мое золото, поскольку я – неотъемлемый придаток к этой огромной туше. Вынь оттуда столько золота, сколько соответствует твоим пяти терциям.
Игра началась. Пульсифер к своему огромному удовольствию выиграл первый кон, затем проиграл следующий, что заставило его разразиться плаксивыми жалобами; потом он выиграл снова и снова, и так до тех пор, пока Кугель не объявил, что у него больше не осталось денег.
– Ты умный и искусный игрок; помериться с тобой силами – большое удовольствие! И все же, я думаю, что смог бы побить тебя, если бы у меня были деньги, которые я оставил наверху, в храме.
Пульсифер, несколько запыхавшийся и страшно гордый своей победой, с насмешкой отнесся к словам Кугеля.
– Я думаю, что чересчур умен для тебя! Вот, забери свои терции, и сыграем еще раз.
– Нет, это нечестно! Я слишком горд, чтобы принять твои деньги. Позволь мне предложить другое решение проблемы. Наверху в храме остался мой мешок с терциями и еще один мешок, с леденцами. Возможно, ты захочешь подкрепиться, когда мы продолжим игру. Давай пойдем туда и принесем их, а потом я докажу тебе, что те твои выигрыши были случайными!
Пульсифер высунулся как можно дальше, чтобы взглянуть на лицо Фампоуна.
– Кажется, он вполне спокоен, хотя в животе у него бурчит от голода.
– Он спит так же крепко, как и всегда, – объявил Кугель. – Надо спешить. Если он проснется, нам придется закончить игру.
Пульсифер заколебался.
– А что будет с золотом Фампоуна? Не можем же мы бросить его здесь без присмотра!
– Мы возьмем его с собой и глаз с него не спустим.
– Замечательно; ставь его сюда, на помост.
– Вот так, я готов. А как мы поднимемся наверх?
– Просто нажми вон ту серую кнопку рядом с ручкой кресла, только, пожалуйста, без лишнего шума. Фампоун вполне может впасть в ярость, если проснется в незнакомой обстановке.
– Да он никогда не спал более безмятежно! Поднимаемся!
Кугель нажал кнопку; помост задрожал, заскрипел и поплыл вверх по темной шахте, открывшейся перед ним. Через некоторое время они прорвались через клапан сдерживающего вещества, сквозь которое Кугелю пришлось пройти, когда он скатывался вниз по желобу.