Ура! Удача!
Считайте, что велосипед у меня в кармане. Правда, придётся чуть-чуть обождать, потому что на папином заводе премии выдают в конце месяца.
Но теперь уже можно смело рассказать про изобретение.
Я еле дождался, пока придёт папа.
Наконец он пришёл. Уселся на веранде с газетой, а я придвинул к нему противень со смолой и говорю:
— Как ты думаешь, папа, это что?
Папа долго смотрел на массу, потом понюхал, проткнул спичкой и таким неуверенным голосом говорит:
— Не знаю, право. Может быть, мармелад из айвы?
Я давай хохотать. Я так смеялся, что дом задрожал.
— Папа, папочка! Вот здорово! Мармелад… Ха-ха-ха! Это же новый вид карбамидной смолы Х-1.
— Какой новый вид? Какая Х-1?
— Очень просто. Хиди-один. Я изобрёл новую смолу.
— Что?
— Не веришь? Сейчас напишу формулу!
— Это любопытно. Ну-ка!
На столе лежал коробок со спичками, я схватил его и давай писать чёткими прописными буквами:
См3 Кшт2 Кл.
Папа прочёл и покачал головой:
— Такой формулы я не знаю.
— Конечно, не знаешь. Потому что до этого дня такой смолы ещё не было.
— Вполне возможно. А ты объясни свои обозначения.
— Проще простого. См3 — это три доли смолы.
— Какой смолы?
— Какой? Самой обыкновенной. Которая из сосен капает.
— Так. А дальше?
— Кшт2 — две доли толчёного конского каштана. А Кл — одна доля клейстера.
Я кончил. Сейчас папа должен вскочить и засыпать меня вопросами. Я жду, а он и не думает вскакивать. Я удивляюсь, а он сидит и хмурится. А потом говорит:
— Я предупреждал тебя, Пишта, что ты ничего не поймёшь. О чём я тогда говорил? Хм, с чего бы начать… Слушай. См3Кшт2Кл — это не формула.
— Не формула? А почему?
— По многим причинам. Во-первых, маленькая цифра внизу обозначает не количество долей какого-либо вещества в соединении, а количество атомов элемента в одной молекуле вещества. Но ты ведь не знаешь, что такое молекула и атом.