ним с Ритой, он тут же согласился, что ей необходимо подыскать свое отдельное жилье.
Он неоднократно интересовался направлением, которое разрабатывает для нас
«Sullivan PR», и я скармливал ему лишь крохи информации, только чтобы отделаться от
него. По большей части причиной этому служило то, что эта информация касалась
финансовых вопросов. Его не интересовали благотворительные мероприятия, которые мы
запланировали для местных сообществ.
Перспектива в Нью-Йорке была связана с интересными медицинскими объектами.
На одной из наших закрытых встреч их директор выразил намерение обсудить
восстановление «JOS», как только план станет обнародован. Это стало бы удачей для
обеих наших компаний при условии, что мы решим действовать сообща.
Работая со Стеллой, я мысленно возвращался к тому, каким был раньше. Я любил
работать над проектами и предугадывать те мельчайшие детали, которые могут привести
к их успеху. Когда я занимался только международным правом, компания специально
отправляла ко мне всех проблемных клиентов, которым требовались значительные
изменения в их организациях. Это была большая и трудная работа, но конечный результат
приносил мне чувство удовлетворенности. Сегодня я еще раз убедился, как сильно мне
этого не хватаеет.
Стелла вернулась в комнату, держа в руке свой телефон, и улыбнулась мне.
— Мы готовы к завтрашнему дню?
— Все устроено.
— Поедем куда-нибудь ужинать?
— Нет, хочу поужинать здесь, а затем растянуться на диване, который мне так
полюбился.
— Звучит отлично. Я приготовлю для нас что-нибудь.
Прежде чем она успела открыть холодильник, я поймал ее запястье и потянул на
себя, загнав в ловушку своим телом.
— Ужин уже в пути. Сегодня вечером никто не будет готовить и убирать.
— Тогда чем же мы займемся?
— Мы поедим, отдохнем, а потом пойдем в кровать. Припоминаю, что ты недавно
говорила что-то о том, как не хочешь пропустить момент, когда я останусь без одежды.