Утро без бокала вина, циркулирующего по моим венам, наступило намного легче.
Надев костюм для бега, я отправилась по своему обычному маршруту. Летнее солнце все
еще палило в августе, но благодаря поту мне было хорошо. В уме я прикидывала, как
пройдет наша презентация в четверг, и в какой очередности нам с Максом лучше
выступать. Во всех материалах, которые подготовила в его отсутствие, я была абсолютно
уверена.
Забежав за угол, я застонала. Вернулась Лейси и как раз сейчас вынимала коробку с
кофе из машины.
— Что ты снова здесь делаешь? Мы не достаточно наболтались вчера?
— Нам нужно поговорить. Пойдем домой, и захвати с собой эти коробки.
Не дожидаясь меня, она направилась к дому, и мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней с пакетами.
— Сначала выпей это, — она указала мне на чашку и отвела взгляд. Что-то было не
так. Я сделала глоток теплого кофе и внимательно посмотрела на нее, ожидая, когда она
заговорит.
Лейси подняла на меня взгляд и побледнела. На самом деле она выглядела
напуганной.
— Стелла-Белла, мне очень жаль, сейчас я чувствую себя первоклассной дурой.
Мне не стоило предлагать тебе совместить бизнес и удовольствие. Что бы ни случилось
дальше, я рядом, мы справимся с проектом «JOS» вместе. И поскольку понадобится много
бутылок вина и ликера, мы будем держать их наготове.
— Что, черт возьми, ты несешь?
— Я увидела это на канале сплетен сегодня утром и хотела оказаться рядом с
тобой, если об этом будут говорить в утренних воскресных новостях. — Она сунула мне
несколько газетных листов и опустила глаза.
Мое сердце пустилось вскачь, а глаза наполнились слезами. В газете была
фотография Макса с той же женщиной, которую я впервые увидела на своем айпаде. На
первом снимке она цеплялась за него, и заголовок гласил: «Мультимиллионер Максвелл
Маккой, которого накануне объявили самым завидным холостяком в Атланте, не такой уж
и завидный».
Там было еще несколько снимков с ним и женщиной по имени Эрика Херст.