запасов и вновь поставляемых товаров. Стелла, Лейси и Лэндон взяли на себя большую
часть работы с общиной. Моя мама присоединилась к ним, ежедневно помогая там, где
это было необходимо. Даже Мэтт с Мейсоном не остались в стороне.
Фабрика все так же производила одежду, и новое оборудование должно было
увеличить производственный цикл. Я обратился ко всем нашим распространителям и
посвятил их в дальнейшие планы. Спрос на спортивную одежду «JOS» достиг рекордного
уровня. Если несколько месяцев назад считалось неприемлемым связывать имя своей
компании с «JOS», теперь это стало считаться коммерческим преимуществом. Мы
объявили работникам показатели по спросу на продукцию, и, казалось, к нашему отъезду
они немного успокоились.
Больше всего меня встревожила встреча с представителями правительства, состоявшаяся прямо перед отъездом. Трое мужчин выглядели черствыми и
непредсказуемыми. Разумеется, об этом не говорилось вслух, но я был уверен, что они
крайне недовольны закрытием публичного дома. Я сделал это еще до того, как «Sullivan PR» появилась на горизонте, но казалось, во время встречи они были настроены
враждебно именно по отношению к Стелле. С их стороны поступило достаточно взглядов, уловок, грубых комментариев, способных вывести меня из себя. К счастью, мужчины
общались между собой на португальском, поэтому Стелла не догадывалась, о чем шла
речь.
А день, когда мы заседали вместе с чиновниками в «JOS», превратился в
настоящий кошмар. Как только они вошли, будто воздух испарился из комнаты.
Работники разбежались по сторонам, не поднимая глаз, атмосфера накалилась. Стелла
держалась прямо и старалась поддерживать у всех бодрое настроение, но я видел, что она
чувствовала себя не в своей тарелке. Она постукивала ногой под столом и часто потирала
руки. А при обсуждении очередного вопроса посмотрела на меня с молчаливой просьбой
закончить ее мысль.
Двое мужчин самодовольно улыбались ей, отчего я готов был взорваться. Я окинул
их взглядом, исключая любую возможность недопонимания, и объяснил наши следующие
шаги. Мои слова и действия были решительными и непреклонными. Я не скрывал свою
раздраженность, показывая всем видом, что пленных брать не намерен, поэтому не
рекомендую вести себя как ублюдки. И к концу встречи моя позиция стала предельно ясна
каждому из участников — меня злить опасно!
Я пригласил мужчин на экскурсию, чтобы показать изменения, которые мы уже