— Я и Сьюзан уже несколько лет как не в браке. Ну, официально мы всё ещё женаты, но на самом деле мы уже лет пять просто друзья, — неожиданно признался Роберт, и Том плюнул в свою тарелку и в шоке посмотрел на него, вытерев рот тыльной стороной ладони.
— Шутишь, да? — спросил он.
— Нет, знают немногие, теперь вот как-то случайно я и тебя в это посвятил, — пожал плечами Дауни, пытаясь снаружи оставаться таким же веселым, хотя внутри ругал сам себя, что всё это не случайно, а он тут сидит и флиртует с молодым парнем и даёт ему знать, что вроде как не женат и открыт для отношений.
— Да уж, не знаю, что сказать…
— Без сочувствия, у нас со Сьюзан всё хорошо, мы остались семьёй, но не супругами. Не всем везёт осознать свои чувства и расстаться вот так, как нам, — Роберт попробовал суп с крошками. — Мм, действительно вкусно!
— Вот ты вроде бы у всех на ладони, а оказывается, всё, что мир знает о тебе, — всего лишь иллюзия, — поразился Холланд. — Нет, я ни в коем случае не осуждаю тебя, я в том плане, что ты мастерски даешь людям знать лишь то, что хочешь, при этом умудряясь скрывать правду на поверхности, — он отставил от себя поднос с едой, оставив лишь кружку с чаем и конфеты.
— Просто достаточно с людей той правды, которую они знали обо мне в девяностых, теперь я играю определённую роль по жизни, как и многие в нашей индустрии. Таких настоящих, как ты, Том, очень немного. И я надеюсь, что тебе никогда не придётся стать такой фальшивкой, как я, — уже невесело усмехнулся мужчина, а после перевёл разговор в другое русло.
Однако Холланд не мог перестать смотреть на него иначе. Роберт то был неуловим, то откровенничал так, словно они лучшие друзья, и Том силился понять его, разгадать загадки. Но мысль о том, что Дауни уже давно свободен и их отношения со Сьюзан — фикция, занимала первое место в топе его мыслей о мужчине. В голове словно мигала огромная вывеска «Он свободен!», и Холланд не понимал, почему же это так его радует…
***
— Мотор! Камера! Начали! — крикнул Даррен, и камера начала запись, а вся съёмочная группа притаилась, стараясь не издавать лишних звуков.
— Так, значит, вы всё-таки решили, что я не совсем нормален, — сказал Том, сжимая пальцами запястье правой руки с такой силой, что костяшки пальцев побелели.
— Я решил, что тебе нужна помощь, Макс. Именно поэтому я назначил нам три сеанса в неделю, а не потому, что считаю тебя психом, — мягко ответил Роберт и, встав из-за стола, обошёл его, оперевшись бёдрами на его край, чтобы быть ближе к мальчику.
— Помощь мне нужна была шесть лет назад, мистер Хадсон, когда мой отец делал со мной все эти… — Том всхлипнул и задержал дыхание, его глаза стали в одно мгновение влажными. Роберт же старался не выходить из своего образа и проявлять своё участие наигранно, хотя Холланд играл так, что хотелось кинуться к нему и начать успокаивать.
— Макс, это не значит, что ты никогда с этим не справишься. Я помогу тебе пережить это, излечиться и жить полноценной жизнью, — спокойно произнёс Дауни, медленно облизав губы.
— Сэр, при всём уважении к вам, но вы о себе столь высокого мнения? — Холланд быстро сморгнул слёзы и посмотрел на Роберта, который улыбнулся лишь краешком губ.
— Ты не представляешь, какие люди отдают деньги, чтобы попасть на мой сеанс, а тебе я искренне хочу помочь, парень. Нет, я не Господь Бог и не волшебник, чтобы излечить твои душевные раны в одно мгновение, но просто знай, что я помог не одному такому ребёнку, как ты, — мужчина ласково улыбнулся и встал ровно, сделав пару шагов к креслу, в котором сжался Том.
— У меня всё равно нет возможности отказаться, я хочу хотя бы попытаться жить, как все, и не бояться мужчин, которые даже едва похожи внешне на отца, — кивнул головой Холланд.
— А вот это верный настрой. Макс, моя терапия может показаться странной, но она действенна, тебе просто нужно довериться мне, — сказал Роберт, понизив голос, а у Тома от этого мурашки пробежали по спине.
— Странной? — нахмурился он, сжав пальцами подлокотники кресла.
— Да, я хочу, чтобы ты разделся, — спокойно произнёс мужчина. — Просто снял кофту и штаны, как если бы ты был на пляже или в общественном бассейне. Ты должен понять, что это нормально и тебе не стоит бояться…
— Нет! — воскликнул Том, встав с места, обойдя кресло и остановившись за его спинкой.
— Макс, просто делай то, что я говорю. Я не хочу прописывать тебе психотропные и направлять в лечебницу, поверь, — Дауни был убедителен и говорил так, словно в его просьбе не было ничего такого.
— Стоп! Снято! — оповестил Даррен, и они сделали небольшую передышку, а после снова отсняли несколько подобных дублей и перешли к следующим съёмкам.
— Камера! Мотор! Начали!
— Медленно, Макс, не торопись, — мягко приказал Роберт, снова погружаясь в образ Дерека и жадно наблюдая его глазами, как герой Тома стал медленнее снимать с себя кофту. — Молодец. Ты отлично справляешься. Теперь джинсы, — сказал он, глядя на худенький торс Холланда, и тот дрожащими руками схватился за джинсы.
Дыхание парня сбилось, пальцы не слушались, отчего он начал всхлипывать, не справляясь с вредной пуговицей на штанах.
— Тш-ш, — Дауни оказался рядом с Томом и осторожно убрал его руки в стороны. — Не нужно бояться, — шепнул он возле самого лица Холланда, и у того колени подкосились, он лишь надеялся, что это можно выдать за страх героя, а не за его возбуждение. Внутри молодого актёра творилось что-то необъяснимое, словно в нём сейчас были запуганный Макс и заинтересованный Том одновременно.
Роберт провёл указательным пальцем по поясу штанов парня, едва касаясь кожи его живота, и закусил свою нижнюю губу, потому что Холланд был гладким и тёплым, хотелось коснуться его поверхностью всей ладони, а не кончиком пальца.
— Сэр, — едва прошептал Том, глядя на руки Дауни, который осторожно расстегнул пуговицу и ширинку его джинсов.
— Готово, — улыбнулся мужчина, взглянув в глаза Холланда. — А теперь медленно сними их вместе с бельём, — сказал он, отступив на пару шагов.