— ….
Сончул стоял напротив яростно мерцающего пламени, однако в его глазах не было ни капли беспокойства.
— Что ты собираешься делать?
Внезапно, он нанес удар навстречу огню. В его руке было сосредоточенно такое количество силы, что пламя замерцало, будто уступая этой силе.
— Хииии…
Под боязливые вопли книги, он нанес ещё пару ударов, как–то буднично погасив неугасимое пламя. Когда огонь полностью погас, он схватил Бертелгию.
— Ч‑что ты делаешь?
В волнении вскрикнула дочь самозваного героя, панически затрепетав страницами.
— Я закончил, и теперь собираюсь…
— Закончил? Что значит «закончил»? Во мне до сих пор хранится больше знаний, чем песка на пляже! Может, ты оставишь меня здесь? В хранилище темно и влажно. Мне там не нравиться.
— Ты слишком сильно выделяешься.
— А что если я стану незаметной?
— Ты слишком большая и ты летаешь.
— Как ты можешь говорить женщине о её размерах, это так жестоко.
— Так, леди. Не соблаговолите ли Вы отправиться в хранилище прямо сейчас?
— Я-я могу уменьшиться! А ещё мне не обязательно летать.
Будто доказывая свои слова, ярко засияв, она уменьшилась до размера ладони.
— Пожалуйста?
Немного понаблюдав за уменьшившейся Бертелгией, он все же кивнул.
— Этот размер кажется подходящим.
Он положил её в карман военной куртки, в которую был одет. Казалось, будто она была создана для этого кармана, как если бы она скорректировала свой размер прямо под него, но после того как она в нем устроилась то краешек все равно выглядывал наружу. Она начала быстро говорить, перехватив брошенный на неё взгляд Сончула.
— Я хочу хоть чуть–чуть наблюдать окружающее.
Не став её одергивать, он глубоко погрузился в размышления.
«Хоть я и сделал оружие, но теперь мне нужно придумать способ его доставки к цели, на оборотня».
Оборотни не были способны использовать магию, но взамен у них были развитые звериные инстинкты. И это не было чем–то незначительным, благодаря им, они могил увернуться от четырех стрел запущенных с разных направлений, даже не видя их. А ещё их ловкость была намного выше, чем даже у хорошо тренированного человека, поэтому с плохим планом не было даже шанса что хоть капля этой жидкости коснется их шкуры.
— О чем ты так глубоко задумался?
Бертелгия, все это время тихонько сидящая в кармане, внезапно задала вопрос.
— Все это время, я пытался придумать, как облить оборотня Неугасимым Пламенем.
— Папа частенько использовал трубку с головой дракона распыляющую зелье, и будто выдыхающую пламя или же запечатывал его в керамическую посуду и бросал во врагов.
— Но это слишком медленно. Если они не полные придурки, то они не попадутся на такие простые уловки.