— Ты хочешь что–то сказать?
Сончул опрокинул в себя еще одну порцию алкоголя, и ответил. Даже собаки должны быть оставлены в покое во время еды. Он не был гостеприимным, ведь эти незваные гости жужжали возле него во время еды.
Уголки губ юной леди поднялись, она потянулась за рукоятью клинка, за её спиной. Вокруг неё стала распространяться густая аура враждебности. Юноша помахал ей рукой.
— София. Остановись. В этой ситуации я был неправ.
Он слегка наклонил голову перед Сончулом, чтобы выразить свои извинения за его неуважительное поведение:
— Прошу прощения, неизвестный солдат. Я почувствовал запах этой иностранной еды, и неосознанно перешел границы дозволенного.
Извиниться перед солдатом без имени, с которым даже Ахрон Чингис, глава Группы Самоубийц, обращался как с насекомым. Это было необычное явление. Этот парень вырос в глазах Сончула. Сончул взял ковш и предложил порцию супа юноше.
— Извиняйся не только словами, попробуй.
Юноша ненадолго замер, от такого поступка Сончула.
— Брат.
Девушка, стоявшая за ним, испугалась и подошла к нему. Она холодно посмотрела на Сончула и крикнула:
— Ты. Призванный! Как ты думаешь, кто он, чтобы совать ему свои мусорные помои.
Её клинок уже был наполовину вынут из ножен. Сончул посмотрел на ее сияющий меч и с улыбкой убрал ковш.
— Не ешь, если не хочешь.
Лицо женщины отразило презрение после услышанных слов.
— Этот ублюдок.
Юноша снова сдержал девушку.
— София. Сдерживай себя. Ты долго собираешься истерить?
В отличие от злившейся девушки, юноша сидел рядом с Сончулом с расслабленным выражением лица.
— Могу я попробовать?
Сончул улыбнулся и передал небольшую миску с рагу. Юноша сделал таинственное выражение на его лице, когда он смотрел на содержимое.
— Блюдо будет не таким вкусным, если остынет.
Сончул сказал.
— Брат. Ты не можешь есть это.
Девушка возразила, но юноша ухмыльнулся и проглотил блюдо Сончула одним глотком. Тем не менее его отношение к блюду было таким, как будто он пытался съесть что–то несъедобное. Казалось, что он делает что–то безрассудное.
Юноша несколько раз пережевал рагу во рту, затем его лицо превратилось в камень. Девушка, которая видела эту сцену, побледнела.
— Брат!
В этот момент юноша издал мягкое восклицание.
— А…?
Сончул скрестил руки и придал своем лицу самодовольное выражение, наблюдая за изменениями.