— Дедушка!
Сараса с печальным лицом бросилась к солдатам Инквизитора, однако Альтуджис охладил её порыв, помотав головой. Он не мог ничего сказать или же объяснить из–за кляпа, заткнувшего ему рот, однако ему хватило теплого взгляда, брошенного в сторону внучки. Наконец, он посмотрел на Сончула. Старик попытался взглядом что–то передать Сончулу, однако тот, в этот же момент, тоже пытался ему что–то показать. С жестким лицом покачав головой, Сончул холодным взглядом посмотрел на Инквизитора.
«Он пытается предостеречь меня, чтобы я не доверял Инквизитору Ереси?»
Ему не дали времени для размышлений. Инквизитор Ереси, Магнус Максима, покинул здание, вслед за ним последовали солдаты, грубо таща старика. Когда все солдаты ушли, в здании остались только девушка с бледным лицом, молчаливый мужчина и холодный труп.
— Ч‑что нам делать? Что нам теперь делать?
Слишком много событий произошло за такой короткий промежуток времени. Сараса ощутила, как последние остатки сил покидают её тело, и она рухнула, где стояла.
— Ч‑что мне теперь делать?
Она внезапно осталась совсем одна. Никто больше не позаботиться и не защитит её. И будто этого было мало, так ещё и магия сохранения из–за царапины на левой щеке была нарушена, благодаря чему её кожа уже начал медленно увядать. Вскоре она лишится своей красоты, и ничем не будет отличаться от всех других личей с их мумифицированными лицами. Несмотря на все произошедшее, сильнее всего её подкосили не радостные картины будущего одна за другой пробегающие перед глазами, в которых её не ждало ничего хорошего. Именно в этот момент печаль сменили чувства безысходности и отчаяния. Ей было невероятно горько, так сильно, что у неё болело в груди, тем не менее, из её глаз не пролилось ни слезинки. Мертвые не могут плакать.
Именно тогда это и произошло.
— Вставай.
Тихо, но уверенно произнес таинственный человек.
— Встань и посмотри в лицо реальности.
Это были просто слова, однако голос человека нес в себе странную силу. Сараса встала, неосознанно подчинившись словам парня. Во время битвы также оказалась частично нарушена магия сохранения на правой руке, из–за чего она тоже начала разлагаться.
— Что я могу, как мне жить дальше?
В ответ на слова Сарасы Сончул указал на частично разрушенное здание, Дом Воспоминаний.
— Когда ты беспомощен, тебе остается только лишь положиться на того, кому ты доверяешь, и ждать.
Слова повисли в воздухе, а Сончул развернулся, собираясь уходить.
— Жди здесь. Без страха. Время все расставит по местам.
Стиснув кулаки, Сараса кивнула. Сончул застыл на границе доживающего последний миг звуконепроницаемого барьера и сказал напоследок:
— Не забывай кормить белку–летягу.
Затем он покинул пределы барьера.
«Этот убийца, он искал меня».
Сегодня он не собирался оставаться ни с чем.
Каза можно было назвать гением среди гениев семьи Альмерия, такие, как он, рождались раз в десятилетие. Он на волосок разминулся с угрозой попасть под Проклятье Вымирания и обладал всеми качествами, присущими истинному убийце, такими как жестокость, аккуратность и терпение. Наряду с врожденными талантами, это позволило ему с легкостью овладеть различными техниками убийства, как семье его матери, так и отцовскими.
Как и все гении, его личность носила на себе печать высокомерия, однако в его случае оно вылилось скорее в понимание границ собственных сил, чем в истинное высокомерие. Он постоянно загонял себя в экстремальные ситуации, и, выпутываясь из очередной неприятности, он наслаждался процессом. При всем при этом, в его руках этот метод порой приносил просто ошеломляющие результаты. Семья Альмерия опасалась его методов, однако в конечно счете ничего не предпринимала, чтобы как–то его остановить или же ограничить.
— Благодаря беспорядкам, устроенным тобой в Академии, о нашем существовании стало известно Инквизитору Ереси. Если бы не мои переговоры, то мы бы могли оказаться между Врагом Мира, Орденом Чистоты и Адептами Бедствия.
Д’вичи строго отчитывал своего сына, тем не менее он понимал, все его слова уходят в пустоту.
— Ах, я не знал, отец. Все, что я слышал, так это то, что Маг как–то связан с Врагом Мира, так что я решил попытаться его спровоцировать.
— Итак, Альтуджис, ты смог бы справиться с ним?
— Он оказался невероятно силен. Честно говоря, я вполне мог и проиграть. Этот старик — Маг, однако при этом он двигался с ловкостью лучника и подавлял меня мощными заклинаниями, от которых было сложно уклоняться, — ответил Каз, но особой радости в голосе или лице заметно не было. Пикт, наблюдающий за ними, поднялся со своего места, собираясь уйти. Он больше не мог смотреть на своего более могущественного и успешного брата. Проводив взглядом спину уходящего брата, Каз снова заговорил.