— Подшипники дай! — потребовал наш друг вторую картонку.
Список подшипников тут я не привожу.
— Дорого! — жестко произнес Коля-Толя, возвращая реестр.
Никита безвольно дернулся, глянул на меня — почему дорого, ведь мы же вроде платим нашим мясом? Наш новый диктатор повел нас через грязь.
— Так! Обложили! — произнес он, кивнув на довольно трухлявый ларек на подходе к станции метро «Сенная площадь».
— Кто обложил? — покорно спросил Никита.
— Кто? Эти... горные орлы!
Действительно, несколько «горных орлов», крутя на пальце цепочки с ключами, стояли невдалеке.
— А нам-то что? — спросил я грубо.
— Так это ж мой ларек!
Выходит, это касается и нас? Как пелось в модной в те годы песне: «Если радость на всех одна, то и беда одна»? А как же иначе!
— Подпалят! Надо все выносить! — скомандовал Коля-Толя.
Он отпер ларек, и под взглядами «орлов» мы таскали добро на катер. Стремительная карьера! Вчера еще Никитушка был почти доктором наук (одной, во всяком случае, ногой), и вот — грузчик у какого-то ханыги! Да и я недалеко ушел. Но все-таки я, в отличие от моего ученого друга, окончательно сломленного, пытался что-то выяснять.
— За что они сжечь-то тебя хотят?
Мы с Никитушкой с натугой опустили на корму скособоченный ящик, брякающий бутылками вина с удивительным названием на косой наклейке — «Гара-Еры».
— Так я им долг не отдаю!
Мы с Никитой ошеломленно глянули на него. Этот буревестник экономической свободы нас пугал.
— А чего ж ты... не отдаешь-то? — И Никита, похоже, уже засомневался в своем фаворите.
— Так на чем же я тогда поднимусь?
Дикая логика! Но только лишь она, видно, и правит сейчас? Катер был перегружен ящиками, сел ниже ватерлинии. У нас, значит, теперь плавучий ларек? Нам ждать в гости красного петуха?
— Как-то все... больно динамично! — пробормотал я.
Было у меня чувство, что сегодня будет очень длинный день. И чувство это не обмануло. Солнце еще не касалось крыш.
— Тогда давай подшипник! — Придется мне, как лейтенанту Шмидту, взять командование этим кораблем.
Мы сели на корме. Коля-Толя как-то задумчиво глядел на нас. Прочитать его взгляд было не трудно: а эти-то, вообще-то, нужны тут?
— Ладно! Сделаем! — почему-то помиловал нас.
— Так скорее!
Один «горный орел» с берега уже хищно глядел на нас.
— Скорее... — Наш «купец» ответил любимой присказкой, которую нет смысла вторично тут приводить.
— Ну сколько он стоит? Давай! — Никита выхватил пухлый бумажник.
— Дорого! — надменно Коля-Толя сказал.