— И нахера это нужно было делать? Хочешь, чтобы она в один прекрасный день взяла пистолет, и грохнула тебя? — спросил один из пиратов.
— Не грохнет, — улыбнулся Ваас, — Она этого просто не сможет!
— Откуда такая уверенность? — спросил пират.
— Стокгольмский синдром знаешь? — Ваас повернулся к пирату, — Хотя чё я спрашиваю? Конечно не знаешь, с твоим то образованием! Весь прикол этого синдрома состоит в том, что жертва симпатизирует своему агрессору. Вот поэтому я и сказал, вытирайте ей сопли, и следите, чтобы ни один волос с её головы не упал. Хорошие отношения всё, закончились! Пришло время для жестоких издевательств!
— А нахера ты тогда её заставил двоих убить?
— В этом и вся фишка, hermano. Она же у нас вся такая правильная и непорочная. Порядочная англичанка, у которой работа связана с обшариванием ёбаных трупов. Для неё грохнуть человека — страшнее всего. Теперь она будет валятся в этой ёбаной каморке, и не сможет простить себя за то что она грохнула этих людей. Она возможно и захочет меня грохнуть, но не сможет. Я же в её глазах неебовый герой, который с какого-то хуя не пристрелил её, а даже наоборот, ухаживал за неё как мог. Замкнутый круг, блять, получается. Жестокий Ваас заставлял людишек убивать, а сам тем временем втирался к ней в доверие. В итоге она не сможет этого пережить и окончательно ёбнеться! А после этого я выдам ей красную майку, сделаю ирокез, и расскажу, что такое безумие.
— Нахуя? Это же просто баба! Смысл с неё возится? — возмутился пират.
— Это непросто баба! — Ваас подошёл максимально близко к пирату, — Ты разве не слышал, что она единственная, кто осмелился, и самое главное, смогла съебатся с этого ёбанного корабля, попутно грохнув одного из наших! Бойкая сучка, я думаю в ней есть потенциал!
Пират фыркнул, и пошёл по своим делам.
Главарь посмотрел ему в след, и направился к хибаре, которая была у него своего рода — личным кабинетом.
У Вааса в этом кабинете стоял небольшой стол, на котором лежала целая куча паспортов, отнятые у пленных, бутылка с ромом, пепельница с затушенной сигарой, и пистолет.
Усевшись за стол, Монтенегро вытащил из кармана маленькую тряпочку, взял пистолет, и начал его протирать.
— У настоящего мужика, ствол всегда жена чистит! — послышался голос в кабинете.
Ваас поднял глаза, и увидел перед собой Армандо Беккера. Того самого низкорослого командира UFE, которого Макс видел на автостоянке, во время своего пребывания в Сан-Пауло.
— Какие тебя хуи принесли в мои владения, Беккер? — Ваас перевёл взгляд на пистолет, и продолжил его чистить.
— Облава у нас в городе произошла, Ваас! — развёл руками Беккер, — Кто-то у нас под носом рыл доказательства на причастность Виктора Бранко к финансовым махинациям и продаже рабов. В общем: под арестом сейчас Виктор. Мой батальон расформировали, а мне пришлось рвать когти оттуда, чтобы под раздачу не попасть.
— А, крыса, съебался как трус. Поддержал бы своего кореша в тюряге то! Один петух в камере хорошо, а два лучше. Тем более в Латинской Америке ха-ха! — засмеялся Ваас, продолжая протирать пистолет.
— Ты брось то свои шуточки, Ваас, — возмутился Беккер, — что делать то теперь будем?
— А хуй его не знает, — ответил пират не отвлекаясь от дела, — У самого пиздец полный настал. Нашего оленёнка то, завалили!
— Бак Хьюз? — спросил Беккер.
— Он самый! — подтвердил Ваас, — А знаешь, кто его грохнул?
— Нет! И кто же? — спросил Беккер.
— Ваш дорогой Макс Пэйн, блять! — Ваас бросил пистолет на стол, — Он для меня тут стал как заноза в жопе!
— Как Макс Пэйн? — удивился Беккер, — Ты же сам сказал, что грохнул его в первый же день!
— А наебал я вас, блять! — с сарказмом ответил Ваас, — Хуле? Прихожу я в этот ёбаный отель, и вижу, что эта сука спит, что его и пушечным выстрелом хуй разбудишь. Ну, думаю, хер с ним, оставил его там. Я то думал, что у него ума не хватит пойти эту шлюшку искать.
— А выстрелить в него не судьба была? — возразил Беккер.
— Какой там, блять?! Я сам обдолбался нехуёво, когда пошёл туда! Вот и решил блять! — Ваас почти перешёл на крик.
— Ясно всё, — Беккер сделал шаг назад, — Мы так-то тебе бабки заплатили, чтобы ты его грохнул.
— Если ты хочешь бабки вернуть, то пожалуйста, — Ваас показал рукой на улицу, — половину в баре заберёшь, а вторую у местных шлюх из одного места вытащишь. Вот где все ваши бабки!
Беккер косо посмотрел на Монтенегро.