Заклятые враги: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рэй убрал. Причём прямо на кровать, да так удачно, что грязные следы остались прямо на застиранных государственных простынях. Желание добиться равенства если не для всего рода мужского, то хотя бы для себя любимого, распирало парня прямо из души, и он не собирался запирать этот отчаянный порыв у себя в груди, а то ещё рёбра поломает.

— Между прочим, — довольно протянул Шэйран, — ты рано или поздно всё равно обзаведёшься семьёй и вынуждена будешь терпеть какого-то остолопа рядом, чтобы родить от него милую дочку… Ты ж сына не хочешь.

Патриоткой Мон была — хоть с ума сходи! Только женщины, только дочка, могла бы — от женщины б и родила, да не положено.

— Ничего, я рожу от кого-то с хорошим генотипом и взращу дочь ведьмой, поселю в её душе те же идеалы…

— И убьёшь в утробе ещё все шансы девочки быть счастливой, — дополнил Шэйран. На пальцах серого троечника нагло заиграло пламя как раз предназначенного для уже магистра первого уровня — до второго не дотянет, — и Мон недовольно фыркнула, ударив его по руке. — Ну, драгоценная, раз ты хочешь родить ведьму, тот будет беда-а-а… У тебя ведьмина кровь-то есть, раз ты ведьма, но и в хорошем генотипе мужчины она тоже должна присутствовать. От отца и от матери, только тогда будет результат. Где мага найдёшь? Будешь соблазнять Антонио?

— Шэйран…

— Не-е-е! Со мной не пойдёт, — уверенно покачал головой он. — У меня уже очередь! Целых восемь человек из тех, кто хочет только ребёнка, а сколько желающих на свадьбу! О-о-о… А знай они, кто мои родители! Бог мой, тогда б ты была первой в этой очереди, мил-моя.

— И кто ж твои родители? — язвительно уточнила Моника.

— Как кто? Король и Королева! — хитро подмигнул ей Рэй, но девушка только отмахнулась, мотнув головой. Чёрные волосы рассыпались по плечам, грозясь по цвету самым наглым образом слиться с чёрной мантией, но Мон это явно не волновало.

— Врун! — она так взблеснула глазами, что Рэй даже погасил пылающие кончики пальцев и внимательно посмотрел на неё. — А если серьёзно, то ведь правда и у того, и у того должна быть сила. Твой дар в отца или в мать? — она фыркнула, вспоминая о том, как эта дрянь, серый троечник, чтоб его, на занятиях едва мог зажечь свечу, а потом устраивал после них наглое кострище, свойственное откровенно не ученику без степени. И экзамены вроде бы должен был хорошо сдать, а ничего подобного. — Но чего я спрашиваю! Конечно, в мать, у мужчин слабо развита…

Шэйран задумчиво посмотрел на свою руку, а после одарил взглядом вазон. Тот под действием его магии уже с подоконника дорос до плеча Мон, что сидела в противоположной стороне комнаты, а теперь ненавязчиво стягивал с неё мантию. По уставу, собственно говоря, под мантией допускалось только нижнее бельё. Мантии не застёгивались, едва-едва подпоясывались, и Рэя не прельщало бродить в трусах и этом наглом подобии одежды по всему миру, тем более, мантию он и вовсе не затягивал, позволяя ей волочиться сзади, посему устав был им проигнорирован. Точно так же поступила и Мон — из-под чёрной подвязанной хламиды виднелось вполне приличное светлое платье, как раз в цветах Эрроки. Но у платья был вырез, у этой тряпичной гадости на ней — нет, потому вазон уже подцепил край мантии и потянул её на себя. Моника не почувствовала, она была весьма сосредоточена на общении с наглым существом, именуемым Рэем, и не собиралась от этого отвлекаться. Именно по этой причине растение возымело определённый успех, намотало на свой крайне гибкий росток край ткани и рвануло на себя активнее.

— В отца, наверное, — задумчиво протянул Шэйран. — Он, коль пожелает, может лес вырастить на ровном месте, но нагло это игнорирует. Говорит, сжигать вас надо, детей матриархата, синем пламенем. Вот таким!

В руке появился огонёк уже второго уровня магистрата, и Моника запустила в Шэйрана наколдованной подушкой, а после высунулась в окно, сделав вид, что не заметила, что её мантия успешно оказалась на полу, а не на её плечах.

— Ого, дарниец, — она упёрлась ладонями в подоконник, сбросив параллельно вазон с него, и преподавательница внизу, та самая, подожжённая несколькими минутами ранее, недовольно возопила от подобного надругательства. Вопль прервался на длинной высокой ноте, потому что после него наступило беспамятство, а Моника тем временем, несмотря на свои оценки, без зазрения совести, пялилась на незнакомого мужчину.

Рэй тоже подошёл поближе. В Вархву попробуй доберись, особенно если через лес, да и река Цэррэ — далеко не для новичков. Именно по этой причине все путешественники обходили Город Магов десятой дорогой. Чужеземец почти вызвал у Рэя удивление — тем более, в последнее время на единственной безопасной дороге завёлся какой-то гад, что перестрелял уже троих, и все, как один, синеглазые брюнеты. В школе девки, да и преподавательницы, чего греха таить, подшучивали, что это какой-то ревнивец искал Шэйрана, но сам молодой маг уж очень в этом сомневался. Во-первых, он с женатыми, обручёнными и просто занятыми сумасшедшими убийцами не водился, а во-вторых, портрет хитро подмигивающего мужчины — то бишь, короля Дарнаэла Второго, по мнению Самаранты, того ещё женоненавистника и почему-то, как она заявляла, женоненавистника нетрадиционной ориентации, — гласил о том, что, вопреки ненависти к милому Тьеррону всей прекрасной половины Эрроки, он был тоже синеглазым темноволосым красавцем.

Шэйрану что-то подсказывало, что ненависть была основана именно на том, что Дарнаэл Второй вроде как предпочитал мужчин. Сам Рэй в эту гадость ни минуты не верил и имел на это серьёзные причины. Дарнаэл, а в народе просто Дар, говаривали, не раз и не два бывал в королевской спальне, а королеву Лиару можно было назвать мужчиной только сильно-сильно перепив смертельного яду. К тому же, черты лица милой принцессы Эрлы и… и тщательно скрываемого королевского сына старательно указывали на отцовство бездетного короля, а женская незамужняя часть Элвьентского замка, та, что не особо целомудренная, любила рассказывать истории о том, что король Дарнаэл, несмотря на свои сорок два, даст фору двум двадцатиоднолетним. Вот в это Рэй верил больше, да и, к тому же, слух о нетрадиционных предпочтениях Дарнаэла распространяла именно Самаранта.

Дама худая, как та доска, высокая, словно каланча, бледнолицая, аки кикимора болотная, рыжеволосая, аки побитая собака, да ещё и засаленная вся с ног до головы, подслеповатая и подстароватая, но зато очень хорошо слушающая, когда-то мечтала о том, чтобы король Элвьенты был именно её. Король Элвьенты предпочитал если и стройных, то красивых уж точно, а госпожу Тальмрэ послал куда подальше на интересное буквосочетание. С того дня она убедила себя и всю округу в том, что Дарнаэл интересуется исключительно мужчинами и повторила тридцать раз Рэю и Антонио о том, что им обоим следует от короля держаться как можно дальше, ибо коварный змей может стравить их хороший генотип своим соблазном.

Нет, Дарнаэл, конечно, мужик привлекательный, но, во-первых, Шэйран предпочитал девушек, особенно Монику, пусть и отчаянно это отрицал, а во-вторых, от короля Элвьенты исходила совсем иная опасность. Эта опасность именовалась наследными королевскими реликвиями, что передавались вместе с синими очами и даром растить всякую гадость на своей дороге, а самое главное, король Дарнаэл, в конфликте с королевой Лиарой, отнюдь не собирался позволять себе упустить из рук выгоду. Шэйран предпочитал выскальзывать без его благоволения, но получалось не всегда. Он грустил, вздыхал и мысленно посылал его ко всем чертям.

Дарнийцем, преодолевшим отвратительного маньяка на въезде в Вархву, оказался тоже синеглазый статный брюнет. К нему кто-то рванулся за налогом, он рявкнул таким тоном, что тот отлетел самостоятельно, даже не остановился ни на минуточку. Почему-то вазон внизу, на голове преподавательницы, поспешил прорости, и Рэй прекрасно знал, что это отнюдь не его рук дело.

— Ой, — прошептал он, бросаясь на пол. — Чёрт! Знаешь, кто это?

— Наглый дарниец?

— Очень! — возопил недовольно Рэй. — Прям всем дарнийцам дарниец! Это ж король Дарнаэл Второй, Эрри его подери…

— А ты чего? — удивилась Моника. — Какое тебе дело до того, что он приехал? Или… Он всё-таки того… неоднозначные намёки… Может, ты в его вкусе?

— Ты в его вкусе! — возопил Шэйран. — Да женщины ему нравятся, женщины! Но, прошу, меня тут нет.

— Да почему?

— Потому!

Моника с сомнением вспомнила портрет короля Дарнаэла. Заострённые скулы, синие очи и чуть вьющиеся чёрные волосы передались Шэйрану явно не от какого-то урода.

— Слушай, Рэй, встал бы ты рядом с его портретом… Там, в коридорчике…

— Нет! Это случайность! — возмутился он.

— И, говоришь, дар растения взращивать у тебя тоже от папочки…