Сеня. Миссия Наследной Йагини (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«А может, списали дурное предчувствие на приближение очередного императорского мага», — подумала я.

Я кивнула, подтверждая его предположение:

— Да, думаю, так и было.

— Значит, я правильно понял, появлению умруна верлиоки мы обязаны юным дарованиям?

Юные дарования смотрели важно и сияли, как имбирные пряники.

— Юным дарованиям, дорвавшихся до запретных артефактов, — нехотя пояснила я, что немного сбило спесивое удовольствие с мордашек братца и сестрицы. В любом случае, маг узнал бы об этом, просто немного позже. А для пользы дела лучше заранее посвятить профессионала в подробности. По себе знаю, насколько важной может оказаться любая деталь.

— Посох и зеркало? — более утвердительно, чем вопросительно, произнес Лиодор, кивая каким-то своим мыслям.

На раскрывшиеся от удивления рты двойняшек жалко было смотреть — они никак не могли поверить, что их так быстро раскусили. Даже я восхищенно присвистнула, а маг коротко улыбнулся одним уголком рта. Странно, но эта кривая, скупая улыбка казалось, еще больше шла этому столичному (столичному ли?) негодяю. Да, Сеня, с таким ухо держать востро! Знает, подлец, свои сильные стороны! Пока я предавалась негодующим мыслям о внешних и внутренних данных мага, Лиодор тем временем строго подозвал к себе обоих виновников торжества.

— Значит так, юные сударь и сударыня, — начал он. Сударь виновато сопел, понимая, что выволочка — хотя бы даже словесная — неизбежна, а сударыня отводила глаза и комкала одной рукой подол своего сарафана, — То, что у вас обоих есть магический дар, еще не делает вас настоящими некроманткой и боевым магом, — тут боевой маг засопел еще громче и даже, как будто набычился, а сударыня некромантка начала возить уголком башмачка по чисто вымытым половицам. Маг тем временем продолжал:

— Воспользоваться чужими артефактами, которых сами еще не заслужили — может каждый дурак, — сурово отчеканил он, — Но истинными магами вас делает не наличие дара, и даже не стремление ими стать. Маг — это тяжелый ежедневный труд и опыт. Это ответственность за каждый свой шаг, за каждую мысль и порыв. И ответственность на нас лежит куда большая, чем на обычных людях. Маги — элита, высшее общество нашего мира. Мы просто не имеем права на безрассудство и детские ошибки.

Мои ангелочки стояли, виновато понурив голубые глазки-блюдца. На слове «детские» их, бедняг, даже передернуло. Эдак столичный маг поверит в их сознательность; вот я — сколько лет их уже знаю, и то почти верю! Но, как оказалось на проверку, эти штучки на Лиодора не действовали.

— Вы совершили серьезное преступление, — сообщил он ровным, холодным тоном. О Макошь! Даждьбог! Купала! Белобог! Авсень и Ярило! Защитите нас! И, похоже, боги услышали мои молитвы:

— И только глубокое уважение к Дому Йагинь, который я глубоко почитаю и знаю давно, заставляет меня скрыть этот факт от его светлейшества императора.

Спасибо, Макошь!

— Сударыня Хессения, вы готовы составить мне компанию? Я никогда не взял бы вас в сопровождающие, но, боюсь, у меня нет выхода. Вы единственный взрослый человек, который может указать место преступления. А о том, что вы уже в курсе, где все произошло, я не сомневаюсь.

Я кивнула.

В таком случае, нам следует поторопиться: мне нужно подготовиться к тому, чтобы застать умруна врасплох с наступлением сумерек.

— А разве мы, то есть вы, нападете не прямо сейчас?

— Дело в том, что для того, чтобы наверняка изгнать однажды призванную назад в мертвое тело душу, это необходимо делать в ночное время, — о! об этом я даже не слышала, — К тому же, днем у умруна в случае нападения открывается резервный запас сил, что может оказаться совсем не в нашу пользу, в особенности учитывая, что это верлиока, — а вот об этом я прежде читала, да и бабули не раз упоминали в уроках.

Я кивнула.

— Простите мне мою дотошность, — улыбнулся маг, от чего мое сердце почему-то подпрыгнуло в груди, — Видимо вам совсем неинтересно вести разговоры об умрунах и верлиоках.

— Ну, тут знаете — нравится-не нравится, — не согласилась с ним я, — А знать это необходимо, учитывая всю сложность возникшей ситуации, — я, непонятно почему, заговорила профессорским тоном бабули Стефаниды, — К тому же, мне это пригодится в жизни. Когда-нибудь, — добавила я.

— Надеюсь, что нет, — серьезно заявил этот городской пижон и потребовал принести ему все необходимое для приготовления ловушек для нашего умруна.

— Кстати, заодно и молодежь поучим, — подмигнул он.

— Вы хотели сказать — «поучите», — поправила я его с ангельской улыбкой.

— Конечно, — не остался в долгу этот негодяй, продемонстрировав свой шикарный виерний оскал, — Я, знаете ли, люблю поговорить о себе во множественном числе.

— Так, наверно, еще больше проникаешься собственной значимостью, — не упустило случая поддеть мое ехидство. Но я тут же взяла себя в руки — в конце концов, как бы то ни было, но этот маг здесь для того, чтобы помочь нам. И он дал обещание не предавать огласке «подвиг» милых малышей. Хотя кто его знает, с его обещаниями! Готова поспорить: стоит ему прознать о моей целительской силе, как вот он — прекрасный повод для шантажа! Что с детьми способно сотворить правосудие за то, что они совершили… нет, лучше и не думать об этом вовсе. Зная свое обыкновение раскрашивать свои мысли самыми мрачными красками, лучше воздержаться от аналитики.

А что говорить о детях — маленькие паразиты смотрели на мага влюбленными глазами, пребывая в полной готовности сделать все, о чем этот негодяй попросит: еще бы, настоящий урок боевой магии!

Демка с Йожкой с ног бились, выполняя его поручения: травы, микстуры, железо, подкову, даже горную руду откуда-то притащили! Я только диву давалась: то ли Лиодору действительно удалось пристыдить маленьких негодников, то ли у детишек столь явно выраженная жажда знания. Хотелось бы думать, конечно, что и первое, и второе.

Мне тоже нашлось чем заняться: хоть я официально и не обладала магическим даром, но для того, чтобы смешивать, толочь, разбавлять, следить за тем, чтобы не «убежало», а также варить кофей и делать бутерброды для всей компании, я вполне пригодилась. Так сказать, выполнять самую черновую, обезьянью работу.