- Нет, но кто-то же написал: «отдай то, что тебе не принадлежит»?
- Рей, да я бы отдал, давным-давно бы все отдал, знать бы – кому…
- То есть этот человек открыто не появляется, а изводит тебя дистанционно?
- Ну да.
- Тогда у него тоже … не все в порядке.
- От этого не легче.
- На самом деле – легче. Во-первых, он не может действовать легально. Во-вторых, рано или поздно он допустит ошибку.
- Ты оптимистка.
- Пессимистка с тобой бы уже повесилась, - рассеянно отвечает Рей, и лишь минуту спустя, глядя на возмущенно замолкшего Бена, понимает, что сказала.
… По молчаливому взаимному согласию больше к этой теме они не возвращались. Рей даже удалось заставить непривычно тихого и покладистого Фарера немного поработать с последними вариантами очередных сценарных набросков для сериала («Кинематограф – никогда больше! – Бен, это не кино, это телевидение. – Тем более!»).
Когда закончили, за окном было уже темно. Вылезая из-за письменного стола и потягиваясь, как огромный кот, Бен заметил:
- Слушай, хорошо, что ты меня пинаешь, а то бы я еще неделю с этой хренотенью возился. Так, глядишь, и закончим пораньше. А следующий сезон у них через полгода будет, успеем отдохнуть… Тебе так точно надо, а то ты очередной сценарной гонки не выдержишь.
- Я?
- Ну, а кто еще?
- Бен, мне это, конечно, очень лестно, но не факт, что я постоянно буду работать именно с тобой!
- Почему? – Бен, похоже, искренен в своем недоумении.
- Как это - почему? Ну, это как-то странно…
- Чего тут странного? Нет, ты не думай, я ведь не всегда буду зашиваться на нескольких проектах сразу. Я понимаю, работы до хрена, да и я не подарок, но ты же справляешься…
- Ты считаешь?
- Конечно, прекрасно справляешься, и даже ни разу меня ничем по голове не стукнула. Хотя могла бы.
- Я буду иметь это в виду.
- Э-э, я вообще-то в фигуральном смысле…
- Значит, буду бить фигурально. Но сильно.
- Договорились, - вид у Бена становится такой мечтательный, как будто именно на это он всю жизнь и надеялся. Помолчав пару минут, Фарер воодушевляется еще больше:
- Прикинь, лет через двадцать я буду старый сварливый всемирно известный хрыч, а ты - мой единственный редактор…
Рей прыскает в кулак:
- Старый, сварливый, еще и плешивый…
- Почему это сразу «плешивый»? – Бен с некоторой обидой смотрит на Рей и украдкой прикасается к своим волосам, будто проверяя, на месте ли они.
- Потому что так смешнее!
- По-моему, я и так достаточно смешон.