– Ты еще не догадалась? Просто приказать умереть. Или внушить что-то… к примеру, что человеку стало безумно страшно, или что в комнате пламя, или что наводнение… зависит от ситуации.
– Мам, а тебе не страшно мне о таком рассказывать?
– Ты собираешься меня убить?
Я села мимо стула.
– ЧЕГО?!
– Вот и ответ. Нам ничего не грозит, поэтому я обрисовываю тебе все опасности твоего дара. А кому-то другому… если бы ты не приказала тем разбойникам на дороге, мы бы все умерли. Я, ты, Шем… чьи жизни для меня важнее?
– Уж точно не разбойничьи.
– Вот. Но вернемся к разговору. Ты можешь возненавидеть человека, если узнаешь его до самого нутра.
– А это реально?
Мама пожала плечами.
– Думаю, да. Но магия мудра, я в этом не раз убеждаюсь. Наверняка есть какая-то защита, что-то можно сделать… только я не знаю, что именно.
– А что вообще ты знаешь о магах разума? Приемы, тренировки…
Мама опустила голову.
– Так я и знала, Шани. Так и знала. Ладно! Пообещай, что перед тем, как снять браслет, ты скажешь об этом мне?
– Обещаю, – дала я слово с чистым сердцем. А чего мне врать? Самой страшновато, как подумаю. Жутко даже.
Через несколько минут передо мной на стол опустилась тетрадь. Самая обычная, простая, такими бродячие разносчики торгуют, из старого, сто раз скобленого пергамента…
– Читай. Авось, что и получится.
– Мам, а…
– Меня – не учили. Вообще. Кто бы стал этим заниматься в гареме?
– А твоя сестра?
– Она сама слишком мало знала. Да и как тут учиться – в блокираторах, под постоянным присмотром? Нас же ни на минуту не оставляли, трей боялся.
Я кивнула.
– Мам, я обдумаю все это, ладно? А потом уж поговорим.
– Конечно, детка.
Вот такой выбор.
Я сижу на берегу реки, опустив руку в воду.
Вода холодная. И небо холодное и серое, и вода серая, и мир тоже серый, и солнце скрылось, и мне тоскливо и тошно. И гадко на душе…
Мих не виноват.
И я не виновата.
Никто не виноват, если уж и проклинать, то Светлого, который сделал мне сомнительный подарок при рождении. Или трея Сиранта.