Улыбка стала ещё шире и, пожалуй, довольнее:
— Меня ждут.
— Так сильно, что не согласны потерпеть лишний день?
— А вы бы терпели, если бы ждали подарка?
— Подарка?
— Правда, мне вряд ли удастся его привезти… В ваших краях ведь нет возможности раздобыть эльфийскую «радугу»?
— Скорее всего, нет. А зачем она вам?
— Я обещал порадовать знакомого лучника.
— Но, насколько знаю, пользоваться эльфийскими луками не под силу человеку.
Джерон подмигнул:
— Но он-то этого не осознаёт! Моё дело маленькое — привезти. А с остальным пусть разбирается сам.
Лук, значит. Конечно, эльфийский мне достать негде, но, кажется, могу подобрать ему достойную замену. Надо будет только заглянуть к Тьюлис в хранилище.
— Когда вы собираетесь отбыть?
— Скорее всего, завтра утром. Я навёл справки у господина Ра-Дьена, и он посоветовал мне спуститься по левому притоку Лавуолы за пределы Ринневер, а оттуда либо по реке, либо посуху уже добираться до своих.
— Всё верно, по реке будет быстрее, чем по морю, в обход побережья. Что ж, тогда завтра и будем прощаться. А сегодня…
— У вас есть о чём спросить? Или рассказать?
— И то, и другое. Вы были совершенно правы: способность говорить с водой присуща только моему роду. И, как стало известно, за пределами Антреи живёт довольно много моих… родичей.
— Которые умеют управлять водой в пределах тела и за его пределами, — продолжил Джерон. — Признаться, до приезда сюда я тоже столкнулся с опасностью, растворённой в воде. Правда, она совсем иная, но теперь не уверен, что у ваших и моих проблем корни совершенно разные.
— Вы тоже столкнулись с водяным заговором?
— Не совсем. Но схожие принципы действия прослеживаются, и это меня несколько пугает, потому что распознать их привычными способами я не могу. Впрочем, как выяснилось, кое-какой инструмент у меня всё же имеется, и вполне действенный. Точнее, имеется во мне.
— Серебро?
— Оно самое. В своё время я совершил страшную глупость, но теперь получается, что пользы от неё больше, чем неприятностей. Всегда бы было так!
— Глупость?
— Ужасающую. Едва не поплатился за неё, кстати, своего рода безумием.
— Вы могли сойти с ума?
Он усмехнулся:
— Почти сошёл. Вы когда-нибудь задумывались, что заставляет людей заболевать «водяным безумием»?
— Это заложено природой.
— Ну да, ну да… — Согласный, но немного насмешливый кивок. — И всё же? Те, у кого из тела серебро вымывается естественным путём, конечно, не способны болеть. А те, кто способен? Почему теряют рассудок?
— Признаться…