— Вы позволите мне сказать несколько слов племяннику наедине?
— Разумеется. Не буду вам мешать.
Я вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Дожидаться окончания беседы двух родственников прямо у них под носом показалось мне непристойным, потому место вынужденного времяпрепровождения было перенесено на двор форта, под пронзительные лучи весеннего солнышка.
Дагерт вернулся быстро, не прошло и десяти минут. Молодой человек выглядел опечаленным, но предельно собранным и серьёзным, а также настроенным на разговор. Догадываясь, о чём пойдёт речь, я поспешил заявить:
— Вы можете забрать прошение сегодня же.
— Dan Ра-Гро…
— Ввиду сложившихся обстоятельств не смею требовать от вас исполнения какой бы то ни было службы.
— Это означает, вы отказываете?
— Ну да.
Лицо Дагерта застыло маской отчаяния. Неужели я ошибся? Снова? Впрочем, пора привыкнуть к собственной дурости.
— Вы же всё равно собирались уйти, разве нет?
Отчаяние дополнилось удивлением:
— Почему вы так решили?
— После моей беседы с адмиралом трудно предполагать, что вы будете настаивать на прежнем. Поступки вашего дяди…
— Едва не привели к вашей гибели! Я не могу считать себя в полном праве отвечать за весь род, но… Если моя служба сможет хоть отчасти искупить вину адмирала перед вами, я буду подавать прошения до тех пор, пока вы их не примете!
О-хо-хо. Кажется, я влип. Надеялся отделаться от парня под предлогом дурных родственных связей последнего, а нарвался на обратное. Дагерт желает оплатить долг дядюшки? Похвально. Но почему опять за мой счёт? Хотя телохранитель мне всё-таки нужен. Придётся…
— Смотрите!
Кто это крикнул? А, караульный офицер. И показывает куда-то наверх. На окно… адмиральского кабинета, в котором появляется что-то белое, на долгий вздох замирает, а потом… Летит вниз, на каменные плиты.
Только двое людей, находящихся во дворе, не бросились к разбившемуся адмиралу. Я и Дагерт. Но мы оба, не сговариваясь, вытянулись струной и прижали сжатые кулаки к бокам, слегка опуская подбородки. Отдавая последние почести воину, сражавшемуся и ушедшему непобеждённым.
Я был настолько тих, что моё присутствие в доме никак не ощущалось. Джерон, стоявший у стола в моём домашнем кабинете, не услышал шагов, зато позволил мне узнать ещё одну свою сторону. Точнее, услышать.
Листок бумаги лёг обратно на стол, а я всё ещё слушал эхо затихающего голоса.
Этот человек делил со мной жизнь всего третий день, но каждый новый час оказывался непохожим на прошедший. Сначала Джерон выглядел простодушным дурачком, годным только на то, чтобы возиться с животными. Потом рассуждал о магии, недоступной многим главам Гильдий, как о чём-то давно изученном и совершенно обыденном, и не только рассуждал, а и подкреплял свои слова весьма любопытными фактическими подтверждениями. Вчера спас мою жизнь, между делом перебив вышколенных и умелых охранников. А сегодня… Утром вернул мне смысл существования, днём играючи помог «вернуться к истокам» и… Что он сказал Инис? Наверное, я никогда этого не узнаю. Но моя мать впервые за всё время встретила меня так, как мне мечталось. С полным пониманием. И вот теперь…
Маска беспечного шутника слетела окончательно. Передо мной стоял совершенно другой человек.
Если бы я мог ТАК прочитать Наис эти стихи! Уверен, она больше никогда и ни о чём не спросила бы и ни в чём не усомнилась. Может быть, попросить Джерона… Нет, не буду. Каждая строка далась ему с большей болью, чем мне, когда я писал, и снова заставлять переживать… Пусть Рэйдена Ра-Гро и называют чудовищем, но это слишком даже для меня!
— «Не сможет не быть…» — повторил он, задумчиво проводя пальцами по краю стола. — Простите за вторжение, dan Ра-Гро: дурной пример одной из моих знакомых оказался крайне заразителен.
— Вы… знали, что я вошёл?
— Какая разница? — Он повернул голову и улыбнулся. — Я всё равно не стал бы прерывать чтение.
— Но почему вы читали вслух?
— Потому что стихи того заслуживают. Простите ещё раз, что сделал это без вашего разрешения. Собственно, жду вас, чтобы сообщить: мне пора. Кошки, кажется, закончили свои дела, я закончил свои, следовательно, нет надобности тратить время зря.
— Вы торопитесь?