Слуш начал гудеть, но Дейв резко прервал его. — Молчи! Сейчас не время говорить правду!
— Это волшебное оружие огромной силы, — сказал он, обращаясь к Тучному Быку. — К сожалению, мощь его такова, что мы не можем им воспользоваться — вместе с врагами оно уничтожит и нас. Мы могли бы применить его, когда ваши воины набросили на нас свои сети. Тогда погибли бы и они, и мы. Стена пламени сожгла бы все джунгли, а потом двинулась бы к побережью и в мгновение ока испепелила всю вашу деревню вместе с жителями.
— Мы странствовали в поисках волшебного щита, принадлежащего одной ведьме, — продолжал он. — Если бы нам удалось добыть этот щит, он защитил бы нас от пламени.
Шаман внимал каждому его слову. — А как приводится в действие это ваше оружие? — наконец спросил он. — Надо потянуть за стержень?
— Да, но при этом необходимо прочесть нужное заклинание, — сказал Дейв, — иначе ничего не получится.
— Может быть, вы научите меня этому заклинанию? — спросил Тучный Бык.
— С удовольствием! — сказал Дейв. — Как только вы отпустите нас на свободу, в благодарность я подарю вам этот куб и научу нужным словам.
— Думаю, проще будет подвергнуть вас болезненным пыткам.
По лицу Дейва градом катился пот. — Это ничего не даст, — быстро сказал он. — Заклинание так устроено, что под пытками оно сразу исчезает из моей памяти. Только по доброй воле я могу им поделиться.
— Хитро придумано, — с нотками уважения в голосе кивнул шаман. — Ну что ж, поживем — увидим. А пока что изучайте нашу речь. Возможно, она спасет вам жизнь и подарит свободу.
Тучный Бык распрямился во весь свой огромный рост. Размалеванное лицо с выступающими челюстями прижалось к прутьям решетки. Выпуклые черные глаза пристально глядели на Дейва.
— Гадательные палочки предсказали, что среди нас появятся странные люди из далеких земель, которые поймут слова бога. Возможно, пророчество говорит именно о вас. Тогда Фемропит войдет в мой дом и разделит со мной свои тайны. Иногда он является мне в дурных снах. Я вижу, как он приближается, безрукий, безногий и безголовый, и обращается ко мне на своем слепящем языке. Но я не понимаю его, и он сердится. Это очень нехорошо, когда бог сердится.
Когда шаман удалился, Дейв сказал:
— Кто-нибудь понял, о чем он говорил?
— Скоро поймем, — проворчал йотль. — Надеюсь, им удастся раздобыть побольше пленников. Смерти все равно не избежать, но я был бы признателен за любую отсрочку.
Затем Хузисст начал расхаживать по комнате, высматривая слабые места в стенах и полу. Он прекрасно знал, что сбежать отсюда невозможно, но отказывался сидеть и ждать смерти.
Из глубин земли донесся рокот, пол под их ногами вздрогнул, стены хижины закачались. Не в силах устоять на ногах, люди повалились навзничь. Вскоре подземный толчок миновал, но Дейв приложил ухо к земле и расслышал глубинный гул. Тогда он поднялся и выглянул в окно. Листва на ближайших деревьях еще волновалась.
Цимманбул с испуганным писком сновали по деревне, постепенно успокаиваясь.
Стражники заглянули к пленным в хижину, чтобы убедиться, что бревна в стенах не разошлись. Удовлетворившись осмотром, они снова заняли свои посты.
Через некоторое время последовали еще два толчка, но они были заметно слабее, и на них никто даже не обратил внимания.
Ближе к ночи в деревне поднялось непонятное волнение. Бревенчатые ворота, выходящие в сторону моря, распахнулись, и в деревню с громким писком ворвался отряд воинов. Навстречу им вышел шаман и о чем-то долго с ними говорил. Затем Тучный Бык вышел за ворота, и все население деревни, кроме стражников, последовало за ним.
Шло время. Дейва уже почти сморил сон, когда снаружи послышались приближающиеся голоса. Он поднялся и подошел к окну, и жена одного из стражников рассказала ему, что происходит.
Оказалось, что в основании утеса, на котором располагалась деревня, возникла трещина, проходящая всего в десяти шагах от палисада. Еще одно такое землетрясение, и весь утес может сползти в море!
Шаман принялся кидать гадательные палочки и трясти погремушкой. Возможно, боги повелят перенести деревню в другое место, подальше от трещины? Но после десятка бросков Тучный Бык покачал головой. По мнению богов, их племени пока ничего не грозило.
Прошло еще шесть ночей, и наконец воины привели в деревню очередного пленника. Это оказался йотль. Его посадили в маленькую бамбуковую хижину, и шаман часто брал свою клетку со светлячком и заходил к нему. По просьбе Слуша Дейв спросил у одного из стражников, владеет ли пойманный йотль языком нараканнетиша. Стражник кивнул.
— Так я и думал, — проговорил Слуш, но не пожелал пояснить свою мысль.
Настал день, когда йотля обмазали черной глиной и усадили в ритуальные носилки. Через семь ночей его кости принесли обратно в деревню и сожгли. Слуш вновь обратил внимание на аккуратные отверстия в грудине и черепе.
На следующий день Тучный Бык сказал им, что дальше откладывать невозможно, люди в совершенстве изучили их язык и поэтому будут принесены в жертву следующими, даже если воины приведут новых пленников.
Он обернулся и щелкнул пальцами. Стражник принес большую бамбуковую клетку, в которой сидели девять гигантских светлячков.
Тучный Бык извлек из клетки одного светлячка и дал всем его рассмотреть. Насекомое спокойно сидело у него на ладони, вращая своими фасетчатыми глазами.