— Будто ножом меня режут.
— А вот от солей не бывает такой боли, — ухмыльнулась маска, сверкнув в лицо Капитону стальными зубами.
— А какая боль от них бывает? — рассердился Капитон.
— Глухая боль. Как будто кость растягивают.
— Не знаю, глухая это боль или со слухом, только убивает она меня.
— Опасного для жизни у вас в настоящий момент нет ничего, — успокоил врач. — Ну-ка, согните ногу в колене.
Капитон решил, что лучше сделает это сам, чем даст врачу, который наверняка сломает ему ногу. Он выпрямил левую ногу, а затем так резко согнул, что кости захрустели.
— Что-нибудь почувствовали?
— Кроме боли, ничего, вы же слышали.
— Что? — спросил врач.
— Как кости хрустнули.
— Ну-ка, еще раз выпрямите и согните ногу, — врач приложил ухо к Капитонову колену.
Капитон вторично совершил свой подвиг.
— В левом колене действительно наблюдается небольшое скопление солей, — согласился врач и принялся писать.
У пятого стола проверять не стали. Седобородый врач с черной перчаткой на левой руке задал всего один вопрос:
— Как у вас с желудком?
— Мороженое мясо плохо влияет, — признался Капитон.
— На меня тоже, тоже плохо влияет, друг мой. Между прочим, в нашем возрасте лучше употреблять как можно меньше мяса и как можно больше зелени. Идите оденьтесь и подождите в коридоре. Вы сегодня же получите ответ.
Одеваясь, он улыбался. Он так радовался, словно только что переплыл бушующую реку и выбрался на берег неги и покоя.
После пятичасового ожидания ему объявили, что он практически здоров и небольшое понижение трудоспособности, вызванное временным заболеванием, явно недостаточно для получения какой-либо степени инвалидности.
У него потемнело в глазах. За целый день у него во рту маковой росинки не было, он так ослаб, что думал, не доберется до дома. Медленно опустившись на стул, он разглядывал свои скрюченные пальцы.
Его терзало страстное желание: схватить этими сморщенными, слабыми пальцами за ухо врача с застывшим лицом, который попросту наплевал на чужую беду и оставил ни с чем обессилевшего и вдобавок оставшегося без работы человека.
Он не двинулся с места, пока члены комиссии, закончив работу, не вышли и не преградили дорогу трусившему рысцой «Фантомасу».
— Значит, по-вашему, я здоров, да?
Человек-маска остановился.
— Во всяком случае, вы не инвалид.
— Ну что ж, желаю и тебе такого же здоровья, как у меня. Тебя это не должно обижать, ведь я же здоров. Так ведь?
Низенький врач ускорил шаг и уже с лестницы ответил прислонившемуся к стенке Капитону:
— Что поделаешь, дядя. Я правительство обманывать не могу. Что увидел у тебя, то и написал. Мы районная комиссия. Можешь пожаловаться в городскую. Некоторые так делают, первую группу получают. Мне-то что. Ты не можешь сказать, что я на тебя зуб имею, я тебя сегодня впервые вижу. А ты, видать, из тех, кто любит побуянить, только сомневаюсь, чтобы на городской комиссии ты этим чего-нибудь добился. Впрочем, дай бог тебе удачи!
Последние слова врач произнес уже стоя на последней ступеньке лестницы, и Капитон их даже не расслышал.