– Ага.
Он зол. Мне даже нравится. Мы проходим мимо парка с фонтаном. Уличные торговцы выставили свои картины вдоль забора; они смотрят, как мы проходим мимо. Один шаг Сайласа приравнивается к моим трем, так что мне приходится бежать, чтобы поспеть за ним. В итоге у меня начинают болеть ноги, и я наконец выскальзываю из его хватки.
Он останавливается.
Не знаю, что сказать или на что я злюсь, потому просто упираю руки в бока и прожигаю его взглядом.
– Что с тобой? – спрашивает парень.
– Понятия не имею! – кричу я. – Но ты не можешь просто таскать меня по городу! Я не могу идти быстрее, и у меня болят ноги.
Знакомая ситуация. Почему она мне знакома?
Он отворачивается, и я вижу, как напрягается его челюсть. Затем все происходит так быстро. Сайлас делает два шага и отрывает меня от земли. Потом снова начинает идти, а я подпрыгиваю у него на руках. Я вскрикиваю, но потом успокаиваюсь и обхватываю его за шею. Мне нравится запах его одеколона, и я могу прикоснуться к его коже. Не помню, чтобы находила духи среди вещей Чарли, и сомневаюсь, что додумалась бы надушиться перед выходом. И что это говорит о Сайласе? Что, несмотря на все происходящее, он подумал взять флакончик и побрызгать шею одеколоном, прежде чем выйти из дома. Интересно, он из тех, кто всегда заботится о мелочах – например, о хорошем запахе?
Пока я размышляю, Сайлас останавливается и спрашивает женщину, упавшую на дороге, все ли с ней хорошо. Она пьяная и неряшливая. Когда женщина пытается встать, то наступает на край платья и падает обратно. Сайлас оставляет меня на тротуаре и спешит ей на помощь.
– У вас кровь идет? Вы поранились? – спрашивает он. Затем помогает ей подняться и отводит ко мне. Она что-то мямлит и хлопает его по щеке, и я гадаю, знал ли он, что она бездомная. Я бы к ней не прикоснулась. От нее воняет. Я отхожу от них и наблюдаю. Сайлас явно обеспокоен. Он следит, как она плетется по улице, и поворачивает голову ко мне.
В этот момент – прямо сейчас – мне становится ясно, кто такая Чарли. Она не добрая, как он, и любит его за то, что он другой. Может, поэтому она и пошла к Брайану – потому что не была достойна Сайласа.
Как и я.
Он улыбается и, похоже, немного смущается, что я поймала его за таким занятием.
– Готова?
Мне хочется похвалить его, но говорить, что это было «мило», как-то глупо. Неподходящее слово для доброты. Любой может притвориться милым. У Сайласа же это врожденное. Искренняя доброта. У меня подобные мысли не мелькали. Я вспоминаю девушку, чьи книги упали к моим ногам в первое учебное утро. Она смотрела на меня со страхом. И знала, что я не стану помогать. И что-то еще. Что?
Мы с Сайласом молчим всю дорогу. Каждую пару минут он проверяет телефон, чтобы убедиться, что мы идем в нужном направлении. Я же гадаю, это ли любовь? Должна ли сцена того, как мужчина помогает женщине, вызывать подобные чувства? А затем мы приходим на место. Сайлас указывает на противоположную часть улицы, и я киваю:
– Да, это она.
Но так сразу и не скажешь. С моего прошлого пребывания здесь закусочная преобразилась. В ней шумно и душно. На улице курят мужчины, расходясь при нашем приближении. Я чувствую, как музыка отдает в ногах. Навстречу выходит группа ребят, открывая перед нами двери. Мимо меня проходит девушка, заливаясь смехом, ее розовая меховая шуба задевает мое лицо. Внутри люди пытаются отстоять свое место, пихаясь локтями и бедрами. Они окидывают нас недовольными взглядами. «Это мое место, вали! Я жду остальных – иди дальше!» Мы решаем пожертвовать парочкой свободных столиков, чтобы зайти поглубже. Идем бочком сквозь толпу и вздрагиваем, когда рядом кто-то взрывается хохотом. Мне на обувь проливают напиток и быстро извиняются. Я даже не заметила, кто это был, настолько здесь темно. А затем слышу наши имена:
– Сайлас! Чарли! Сюда!
Парень и… как звали ту девушку, что подвезла меня утром? Анни… Эми?
– Привет, – говорит она, когда мы подходим. – Не могу поверить, что вы вернулись сюда после прошлых выходных!
– Почему бы и нет? – спрашивает Сайлас.
Я сажусь и разглядываю их троих.
– Ты избил парня, перевернул парочку столиков и еще спрашиваешь, почему бы тебе не возвращаться? – смеется парень. Он приятель девушки, если судить по тому, как он смотрит на нее – будто они в заговоре. На всю жизнь.
Так и мы с Сайласом смотрим друг на друга. Только мы действительно в заговоре.
– Ты вел себя как козел, – говорит она.
– Эми, – перебивает парень, – перестань.
Эми!
Я хочу больше узнать о том, кого ударил Сайлас.
– Он этого заслуживал, – говорю я. Девушка вскидывает брови и качает головой. Что бы она ни думала, она слишком боится произносить это вслух, потому просто отворачивается. Я перевожу внимание на ее парня: – Ты так не считаешь?