– Демка! – позвал брата Мишка. – Подойди сюда!
– Чего, Минь?
– Так, Демьян, приказом старшины Младшей стражи и с благословения княжьего сотника Корнея Агеича, ты, Демьян, с сего дня назначаешься десятником первого десятка Младшей стражи.
– А чего это – я?
– Приказы не обсуждаются, а выполняются! Отвечать надо:
«Слушаюсь!» Повтори!
– Слушаюсь.
– Тогда принимай командование!
– Это… А как?
– «Слушаюсь» забыл!
– Слушаюсь, а как командовать-то?
– Кузька твой брат?
– Ага.
– А кто из вас старше?
– Мы одинаковые… это… в один день родились.
– Но Кузька невезучий: то нож в ногу воткнет, то с доски сверзится, то с коня…
– Ага, он еще в кузне…
– Не перебивать старшину!
– Это самое… Слушаюсь!
– О! Понял службу, молодец! – ободрил новоиспеченного десятника Мишка. – Так вот, Кузька – невезучий, и тебе приходится за ним присматривать, как будто ты старший. Так?
– Ага, так.
– Вот и за ратниками своего десятка будешь присматривать, как будто ты для них старший брат. Учить, помогать, защищать, а если надо, наказывать. Понял?
– Понял, а как командовать-то?
Несмотря на Мишкины старания, Демка продолжал оставаться в недоумении. Дед не преминул «подсыпать соль на рану»:
– Кхе!
– Погоди, деда, Демьян парень умный, сейчас все поймет, – Мишка снова принялся за объяснения: – Ты слышал, как сотник Корней сейчас командовал?
– Ага, а Кузька все равно всю морду… – злорадно подхватил Демка и, тут же осекшись, испуганно глянул на деда.
– Потому я тебя, а не его, десятником и назначаю – невезучий, – воспользовался подвернувшимся примером Мишка. – Как ты думаешь, мы сами на дневку становиться умеем?
– А как же!
– Тогда зачем же Корней Агеич командовал?