— То есть?
— Он жалуется, ты ни на миг не отпускаешь вожжи, заставляешь его учиться и пахать как вол.
— Майкл, от него только это и требуется!
— Он мне рассказывал о своем дружке Нандо — ну, к которому он собрался ехать в Колумбию. Говорит, ты не пускаешь.
— Не пускаю, — твердо сказала Дэни. Разговор ей не нравился.
— А почему?
— Нандо на него плохо влияет.
— Что значит — плохо влияет? — раздраженно спросил Майкл. — Парень еще ни разу не был с девчонкой.
— Майкл!
— Ему уже семнадцать. Мы с тобой познакомились, когда тебе было шестнадцать. Не делай из него маменькиного сыночка.
— Я не делаю, — упрямо заявила Дэни.
— Нет, делаешь.
— Но я должна его оберегать…
— От чего? От жизни? Дэни, нельзя никого оградить от жизни. Я думал, ты это понимаешь как никто.
Она отвернулась. Вспомнилось все, через что ей пришлось пройти. Он, конечно же, прав, но как она может с легким сердцем отпустить Винсента на волю?
— Ладно, — добавил Майкл, наклоняясь ближе. — Ты извини, что я тогда был с тобой так неласков. Просто, согласись, странная ситуация: сидим тут с тобой, как будто давно женаты, и спорим по поводу воспитания сына. Недурно, да?
— Это ты у нас давно женат, — уточнила она. — А я пока не замужем.
— Неужели?
— Да, — небрежно подтвердила Дэни и провокационным тоном добавила: — Хотя Дин все время умоляет.
— Кто это Дин? — спросил Майкл и слегка нахмурился.
— А я тебе разве не рассказывала? Дин — мой очень близкий друг.
— Насколько близкий?
— Мы с ним сто лет знакомы.
— Ты с ним спишь?
— Не думаю, что это тебя каким—то образом касается.
— Это он тебе про Бет рассказал?
— Между прочим, да. Как ты догадался?
— Пальцем в небо, — сказал Майкл и про себя решил, что этот Дин — большая скотина.
Подошел Макс с несколькими бутылками пива и поставил их на стол.
— Кто мне поможет с барбекю? — спросил он. Майкл поднялся.