Майкл пил кофе и смотрел в окно, когда в кабинет вошла Марси.
— Тебя хочет видеть какой-то молодой человек, — доложила она.
— Кто такой?
— Назвался Винсентом. Зачем пришел, говорить отказался. — Она с любопытством взглянула на шефа. — У тебя родственника с таким именем случайно нет?
Он вздохнул:
— А почему ты спрашиваешь?
— Да так… Сходство поразительное.
— Пусть войдет.
Мысли у Майкла в голове скакали галопом. Парень пришел-таки с ним повидаться! Неужели Дэни подослала? Что им от него нужно? Денег? Хорошо, выпишем парню чек. Велика важность.
Винсент вошел — и Майкл лишился дара речи. Его не обманули. Это все равно что смотреться в зеркало, только двадцать лет назад.
Они молча уставились друг на друга. Было видно, что Винсент поражен не меньше.
— Марси, закрой дверь, — наконец распорядился Майкл каким-то не своим голосом. — И ни с кем меня не соединяй.
— Слушаюсь, мистер Кастелли, — ответила та, заинтригованная неожиданным поворотом событий, и вышла из кабинета, плотно затворив за собой дверь.
Майкл показал на кресло:
— Садись.
Винсент сел. Они настороженно приглядывались друг к Друту.
— Итак… Что я могу для тебя сделать? — наконец изрек Майкл.
— И это все, что вы можете мне сказать?
— Послушай, вчера мы виделись с твоей матерью. Впервые с тех пор, как она семь лет назад дала мне от ворот поворот. И знаешь, что она мне сказала? «Мы с тобой семнадцать лет назад переспали, и у нас есть ребенок». — Майкл сделал паузу. — Только вот незадача: до вчерашнего вечера она почему—то не считала нужным мне об этом сообщить. И этот ребенок — ты, правильно я понимаю?
— Мне она тоже до вчерашнего вечера ничего не говорила. Я думал, мой отец — пьянчуга, который отвалил в сторону моря с приличными бабками. А теперь мне говорят, что это вы. Вас я не знаю, стало быть, кто я такой — тоже непонятно. Так ведь выходит?
— Что ты от меня конкретно хочешь? — спросил Майкл, решив побыстрей с этим разделаться. — Денег?
— Так вы считаете, я за этим пришел? За деньгами? — Винсент смерил его ледяным взглядом. — Все эти годы мама вкалывала, чтобы у меня было все необходимое. Полагаю, от вас она и доллара не получила.
— Ты что, не слушаешь меня? — возмутился Майкл. — Я до вчерашнего не знал, что у меня есть сын.
— А я-то чем виноват? — буркнул Винсент.
— Вот что мы сделаем. Я тебе выпишу чек — сумму назовешь сам. Ты отвезешь его домой и скажешь матери, что это компенсация за то, что вырастила тебя. И поскольку я понятия не имею, что ты собой представляешь, будем считать наши взаимные обязательства исчерпанными.
— Гад! — Винсент вскочил на ноги.
— Я — гад? Это с чего же?
— С того, что я твой сын! — выкрикнул Винсент. — Каково, думаешь, мне выслушивать все это? Я прихожу в надежде обрести отца, которого можно уважать, брать с него пример… Теперь я вижу, что ты на эту роль не годишься!
Перед мысленным взором Майкла проплыл образ Винни, прикованного к инвалидному креслу перед телевизором. Он вспомнил, что отец никогда не уделял ему ни малейшего внимания, поскольку жизнь для Винни кончилась в тот момент, как у него застрелили жену, а самого сделали калекой. Неужели он так же поступит со своим сыном? Проигнорирует его? Отошлет с глаз долой? Ничего ему не даст, кроме денег?
— Послушай… — начал он.