И здесь она была не одинока. Уилл вдруг поймал себя на том, что глядит, точно завороженный, на ее лицо с очень бледной, почти белой кожей, на волосы, в которых вспыхивали золотистые искры. На него снизошло чувство покоя, будто ее безмятежная неподвижность оказалась каким-то образом заразительна.
– Вы выглядите таким расслабленным, – тихо заметил Генри, проходя мимо. – Какая жалость, что вы не смогли принять подобную позу раньше.
Глава 31
Сара наблюдала, как Манн осторожно извлекает из камеры рамку с бумагой, обращаясь с ней, точно с новорожденным младенцем. Казалось, она полностью сосредоточена на том, что делает, однако же заметила интерес девушки.
– Вы превосходная модель, мисс Фишер. Вы вполне могли бы позировать художнику.
Это была приятная мысль, но Сара не могла представить, откуда у нее могло взяться столько времени.
– Мне страшно любопытно узнать, что будет дальше, – сказала она. – Калотипия – это ведь химический процесс, верно?
Манн посмотрела так резко, что Сара испугалась, будто сказала что-то не то.
– Или я ошибаюсь?
– Нет, вы вполне правы. Я просто была изумлена. Большинство наших моделей склонны думать, что это работа ангелов или фей. И это священники… Вы интересуетесь химией?
– Я прочла книгу профессора Грегори, но у меня пока не было возможности испробовать знания на практике.
Манн явно понравился ответ, а это, в свою очередь, понравилось Саре.
– Хотите, пойдемте со мной. Я могу показать вам, как это делается.
– Мне бы очень этого хотелось, – ответила горничная.
Они вместе пошли через дом, причем Манн все так же бережно прижимала к груди рамку.
– Вы превосходно следовали инструкциям мистера Хилла, – сказала она.
– Я горничная. Я привыкла делать то, что мне говорят.
– Вы удивитесь, но самым услужливым людям часто бывает сложно выполнять наши инструкции, в то время как самые могущественные готовы смириться ради портрета. Мне как-то случилось делать снимок с короля Саксонии, и, будь вы с нами в этот день, вы могли бы поверить, что я – монарх, а он – мой подданный.
– Вы фотографировали короля?
– Да. Он как-то заглянул в Рок-хаус без предупреждения: прослышал о мистере Хилле и мистере Адамсоне еще у себя на родине. Обоих джентльменов не было дома. Я сказала ему, что могла бы произвести процедуру сама, и он с радостью согласился.
Сара была поражена. Она подумала о наглеце с сальными глазками, который катал пилюли в какой-то миле от этого места. Очевидно, не все заказчики считали, что для их обслуживания «годится только мужчина».
– И ему понравился результат?
– Очень. Он сказал, что поместит портрет на почетное место у себя во дворце. Хотя имя Джесси Манн не столь известно, как имена Хилла и Адамсона, и подозреваю, не оно будет стоять под портретом.
– Это несправедливо, – сказала Сара.
Манн не ответила, потому что сказать на это было нечего.
Она провела гостью в комнату, где окно было заклеено газетами, чтобы не пропускать свет, пояснив:
– Подготовка бумаги для калотипии требует почти полной темноты.
Сара по привычке повернулась, чтобы закрыть дверь.
– Оставьте пока, иначе я не смогу вам ничего показать.
– Конечно.