Имя сердца
Влада очнулась, лежа на животе, шея адски болела. Она не знала, сколько проспала так. Обычно в этой позе шея моментом затекала, но сегодня она вырубилась как-то неожиданно, не успев принять удобное положение.
«Наверное, это действие сильного эмоционального потрясения», – объяснила она себе и с трудом перевернулась на спину. Потирая шею, она уставилась в потолок.
«Что произошло, если отбросить эмоции? Малознакомая женщина обвинила мужчину и девушку, которая мне симпатична, в грязных вещах. У меня нет больших оснований доверять этой информации. То, что ее слова складные, – вовсе не доказательство. Опороченная девушка пыталась оправдать человека, на которого работает. Если б она сама имела на него виды, стала ли бы это делать? Нет. Зачем ей пытаться меня разубеждать в таком случае? Ей было бы выгодно оставить меня в неведении и извлечь пользу из моих дальнейших необдуманных поступков. Допустим, она испугалась наказания за бездействие? Это вряд ли. Можно было бы просто не вмешиваться, сославшись на нежелание лезть в хозяйские дела. Ну, или как-то по-другому отвертеться. Вот что мы имеем в сухом остатке. Выходит, я действительно обидела ее», – рассудила Влада и посмотрела в окно.
«А Эрик? Он уехал, у него нет возможности защитить себя. Почему Эмма рассказала все именно сегодня? Она наверняка знала, что он в отъезде и я не смогу с ним быстро поговорить. Если бы он тут был, я могла бы к нему пойти и расспросить. Но его нет, поэтому я, по ее разумению, “накручу”, себя к его приезду или предприму что-то в ее интересах. Она вообще хотела, чтобы я обещала ничего не рассказывать – умно, но я не повелась. Возможно, она рискнула поставить на карту все?»
«Или она говорит часть правды, привирая в деталях, – продолжала встраивать логическую цепочку Влада. – Да, такое может быть. К примеру, у Эрика с горничной в реальности ничего не было, но она действительно его выгораживает, так как ей за это платят. И все, что Эмма сказала про него, – правда».
– Нет, я не верю! – громко произнесла она вслух.
«Или верю? Не занимаюсь ли я самообманом? Что если Эмма говорит правду? Ведь у меня изначально предвзятое отношение к ней. И в конце этого фильма злодей окажется хорошим, как Северус Снег. А все добрячки – шайкой заговорщиков, как… даже не знаю, кто».
«Можно бесконечно размышлять обо всем этом, так и не узнав правды, сидя в четырех стенах, – поняла она и громко выдохнула. – Мне не хватает информации. А что говорит сердце? Я хочу верить Эрику. Допустим, все обвинения против него ложны, тогда ты готова принять решение и остаться с ним? Нет, не готова. Это невозможно решить так быстро и легко! А зачем тогда ты ноешь? Может, все что ни делается – к лучшему. И следует ответить ему “нет”, не разбираясь, правда все или ложь. У-у-у-у! – Она уткнулась лицом в подушку. – Как же сложно все устроено!»
В дверь постучали.
«Ну, кто еще там?» – подумала она.
– Разрешите, я войду, леди Влада. Это библиотекарь, сэр Вэйлет. Мне нужно с вами поговорить, – отозвался голос из-за двери.
«Неожиданный гость!»
– Минуточку. – Она встала с кровати и подошла к зеркалу. Вид был неважный: растрепанные волосы, пустые красные глаза, побагровевшая неровная кожа с отпечатками подушки. Она пригладила руками волосы и села в кресло.
– Войдите.
– Добрый день… простите, вечер, леди Влада! Я извиняюсь за беспокойство. Вижу, вам нездоровится.
– Да, это так, сэр Вэйлет. Не извиняйтесь.
– Мы получили сообщение от Господина Эрика, он передает, что немного задерживается в пути. Но просит вас ни о чем не беспокоиться, желает приятных снов и обещает, что нанесет визит завтра утром. И еще… Он мысленно с вами.
– Спасибо, сэр.
«Теперь он будет моей горничной?»
– Могу ли я задать вам вопрос, леди?
«Ну, что ему надо от меня?..»
– Спрашивайте.
– Не хотели ли бы вы составить мне компанию за ужином? В кабинете главного библиотекаря? Я охотно рассказал бы несколько занимательных историй и развеял вашу грусть. А вы поделились бы своей точкой зрения на один волнующий вопрос, над разгадкой которого я бьюсь целую вечность. Возможно, знания вашего мира помогли бы мне обрести покой в старости.
«Ну как можно отказать на такую просьбу?»
– Чур, я буду есть наравне с вами, и вы не расцените это за романтические намеки, – с улыбкой сказала Влада.
– О чем разговор, леди Влада! Мне нравится ваше чувство юмора! – расхихикался лысеющий интеллигент. – Я буду ждать вас в восемь в библиотеке. Благодарю и кланяюсь. – Он вышел из комнаты.
Влада вспомнила, что так и не предложила ему присесть – ни в чем не провинившийся перед ней библиотекарь так и простоял в дверях во время разговора.
«Невежливо, Влада, очень невежливо. Срочно приходи в себя и собирайся».
***