– А что, экто разных мужчин способны по-разному впечатлить девушку?
Элла посмотрела на нее как на пришельца.
– Да… У кого-то резвый, активный, умеет все. А у некоторых годится только пятки чесать. – Она заливисто рассмеялась. – У нас есть такая шутка, леди Влада, извините. Это в переносном смысле. Существуют даже соревнования экто.
«О боже!»
– Не уверена, что готова к этому знанию, Элла. Расскажешь в другой раз. Сменим тему. В чем вы ходите зимой?
– В коже.
– С цветами та же история?
– Собственно, да. Только вот добавляется коричневый – цвет теплой одежды небогатых людей. Еще мы носим меха, когда очень холодно. Шубы из кролика, зайца, волка – для простых людей. Я ношу из белого кролика. Кто побогаче – предпочитают заграничные меха – песца, норку.
– А лиса?
– Лиса только для родственников Рэйс кэнта. Это самый близкий мех по цвету к золотому.
– А белка? Она тоже рыжая.
– Как, белка?.. Мы не шьем шуб из белок. Это неприкосновенное животное.
– У индусов в нашем мире корова – неприкосновенное животное. Это связано с их верованиями. А у вас почему, чем отличилась белка?
– Жил когда-то давно чародей, который умел говорить с белками. Скажем так, они его с радостью слушались и выполняли его пожелания. Талант считался невыдающимся, больше цирковым. Его белки танцевали, показывали номера и фокусы, его часто приглашали на праздники во дворец. Так в него и влюбилась дочь правителя. Она упросила отца ввести запрет на убийство белок. Все это было так давно, что даже летописи не припомнят, что шубы из белки вообще когда-нибудь шили. Любой последующий правитель мог бы отменить этот указ одним росчерком пера, но так никто и не отменил. Со временем белка стала чем-то вроде тотема. Люди их любят, приручают, часто держат у себя в домах.
– А Эрик мог бы отменить тот древний указ?
– Вы не любите белок?
– Я уважаю белок. Спрашиваю просто из любопытства.
– Наверное, мог бы, но не отменит. В этом нет смысла. Его посчитают белконенавистником. И скорей всего никто не начнет причинять зверькам хоть какой-нибудь вред, даже если по закону это станет возможным.
– Наши миры одновременно похожи, и совершенно отличаются, – сказала Влада задумчиво. – Спасибо тебе за компанию, вернемся? Я хочу зайти в библиотеку.
Девушки повернули в сторону дворца. Вскоре их окликнул женский голос:
– Леди Влада, Элла!
Они одновременно обернулись и увидели, что их догоняет красотка-стилист.
«Что надо этой вертихвостке?» – подумала Влада, но поприветствовала Эмму довольно учтиво.
– Леди, Влада, я надеялась застать вас здесь, – сказала брюнетка. – Мне нужно поговорить, прошу, присядем. – Она жестом указала на ближайшую скамейку. – Ты можешь возвращаться, – сказала она горничной. – Я позже провожу леди до дворца.
Элла осталась стоять неподвижно, переводя взгляд с Эммы на Владу и обратно. Влада нашлась:
– Что ж, если этот разговор не терпит присутствия моей подруги, – сакцентировала она, – мы можем остаться наедине. Элла, извини нас с леди Эммой. Спасибо тебе за компанию. – Горничная ответила благодарным взглядом и удалилась.
Эмма незамедлительно устремила на Владу полные тревоги глаза.
«Да что же случилось? – сделалось ей разом не по себе. – О чем она хочет со мной поговорить? Что-то с Эриком, не дай бог...»
– Леди Влада. – В голосе красотки слышалось волнение. – Присядем здесь.
Влада нехотя подошла к скамейке и опустилась, стараясь принять непринужденную позу, чтобы не выдать телом напряжения.