— Витя, складывай отдельно кирпичи, — предложила она звеньевому.
— А мне тоже отделяться? — вызывающе спросил Федя. — Это, наверное, Володька придумал. Злится он на меня, что я его вчера халтурщиком обозвал.
— Почему ты так говоришь? — заступилась Лена. — У тебя очень хороший брат. Посмотри, как его все в бригаде слушаются.
Но Феде хотелось поспорить.
— Я знаю, он для виду старается. Если мне не веришь, можешь у Чижа спросить.
— Не у Чижа, а у Чижикова.
— Ну, пускай у Чижикова. Он скажет.
— Тебя не переспоришь, — Лена принялась снова складывать кирпичи.
Федя решил показать, что он умеет работать. Если пионервожатая брала только по одному кирпичу, он хватал по два, а то и три. Как это всегда быва́ло с ним, Федя быстро увлекался и скоро успел забыть о споре.
Никто не заметил, как вернулся Сергей.
Раздался гудок пассажирского поезда.
— Новосибирский, — уверенно сказал Федя.
— Да, он в четыре часа приходит, — согласилась Лена, привыкшая, как многие жители этого маленького городка, проверять время по паровозным гудкам.
— Лена! Подымись к нам! — позвал Сергей.
Через минуту взволнованная Лена сбегала к пионерам. В руке у нее была длинная лента синих билетов в кино.
Ребята быстро окружили пионервожатую.
— Комсомольцы нас приглашают с собой в кино, — сказала взволнованно Лена. — Пойдут те, кто хорошо сегодня поработал.
На секунду наступило молчание.
— Федя Мурашкин, Игорь Сорокин… — называли ребята.
— Неужели Федька тоже хорошо работал? — улыбаясь, спросил Владимир, внутренне радуясь за брата.
— Я не пойду, — спокойно сказал Федя, не поняв шутки Владимира, и протянул свой билет. — Мы с Чижом должны встретиться. — Последние слова он сказал нарочно, чтобы позлить брата.
Площадка на пустыре скоро опустела. Феде некуда было спешить, и он остался один. Рядом с металлической балкой лежали еще две, но это совсем его не радовало.
— Ты опять часовой? — спросил, подходя к Феде, мальчуган из третьего класса.
— Да, часовой, — недовольно ответил Федя. — А ты чего здесь шляешься? Хочешь наше железо стянуть?
— Сколько у вас железа! — восторженно сказал мальчуган. — Где бы нам добыть?
— Плохо ищете.
— Скажи, Чижикова здесь не было?
— Нет. Зачем он тебе?
— Он велел сказать, когда мне новые марки купят. У меня тридцать марок.