Она зашла туда потому, что решила на этот раз снять квартиру и не жить в мотеле. Во-первых, это дешевле, во-вторых, ей подумалось, что в своей квартире ей будет лучше рабо-таться, здесь будет и спокойнее, и тише, и потом она заключила твердые контракты на восемь недель выступлений в районе Лос-Анджелеса.
Высокий, загорелый, с волосами, выгоревшими почти до белизны, он совершенно не походил на типичного агента по продаже недвижимости. В джинсах и босой, он казался совершенно инородным телом за своим столом в офисе.
— Чем вы занимаетесь? — спросил он, начиная заполнять информационную анкету.
— Я писатель, — ответила она.
— Писатель?
— Что-нибудь не так?
— С такой фигурой и ножками — я решил, что вы актриса или танцовщица.
— Я и этим занимаюсь.
— У меня на три месяца контракт на поднаем. Думаю, что помещение подойдет вам в самый раз.
— Мне нужно только на два месяца.
— Пожалуй, я бы мог уговорить владельца. Он запер контору и повез ее в своей машине. Это был заказной фольксваген с огромными надувными шинами, без крыши, но с круглым брусом, выгнутым и приваренным над сидением поперек машины.
— Место там замечательное, — сказал он, выбираясь со стоянки. — Тихо. В двух минутах от пляжа. Чудесная ванная комната. Есть даже биде.
— Даже биде? — повторила она. — Звучит. Наверное, очень дорогая квартира.
— Вам понравится, — сказал он с уверенностью. Всего три сотни в месяц. Биде установила одна француженка.
— Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Почему она выехала?
— Закончилась ее любовная афера. Она вернулась во Францию.
Спальня оказалась небольшой, так же как и гостиная, кухня вообще скорее напоминала шкаф. Но в том, что касалось ванной комнаты, он не преувеличил: будучи значительно больше других помещений в квартире, она вмещала душ, ванну для лежания, умывальник, унитаз и биде.
— Что скажете? Как квартира? — спросил он.
— Маловата.
— В самый раз для писателя. Вы одна?
— Да.
— Так зачем вам что-то более просторное?
— Может, и так... Но я говорила только о двух месяцах.
— Никаких проблем. Выпишите мне чек за два месяца плюс семьдесят пять долларов за уборку — и можете въезжать хоть сегодня.
— О'кей, — согласилась она и достала чековую книжку из сумочки. — На чье имя мне выписывать чек?
— На мое. Это моя квартира. — Он сунул руку в карман и извлек маленький матерчатый кисет, завязанный струной. Одновременно другой рукой он достал пачку папиросной бумаги.
— Вы это курите? — спросил ее.
Она молча кивнула, наблюдая, как он умело свернул одной рукой самокрутку. Из заднего кармана джинсов он достал коробок спичек, зажег, резко проведя спичкой по боковому шву джинсов, прикурил, раскурил и протянул ей.
— Две затяжки — и вы балдеете, — сказал он. — Доставляют мне прямо из Мексики.
Она сделала глубокую затяжку. Он был прав.