Бонни пошел прямо к телевизору, умоляюще сказав матери:
— Всего пять минут!
— Хорошо, — согласилась мать Лисий. — Пять минут — и потом сразу же спать.
Женщины пошли на кухню. Стол был накрыт на затененной веранде, прилегающей к кухне. В углу пламенели угли открытого очага, на которых готовилось мясо.
— Могу предложить вырезку и салат, — сказала мать Лисий. — Я никого не ждала.
— Что касается, меня, то все замечательно, — сказала Джери-Ли.
— Обычно я готовлю жареных цыплят, ребрышки на углях и различную зелень, но Лисия не любит нашу, негритянскую кухню. Она говорит, что наши блюда слишком жирные, а Лисия вечно на диете.
— Мама! — рассмеялась Лисия.
— Ладно, ладно, — сказала мать, — Ты бы пошла, посмотрела, сможешь ли загнать своего сына в кровать. А я пока поставлю вырезку на угли. Как вы любите мясо? — спросила она Джери-Ли.
— Недожаренным.
— Вроде Лисий, — фыркнула мать. — А я предпочитаю хорошо прожаренное. Я не принадлежу к этим, сыроядцам.
— Я могу вам помочь? — спросила с улыбкой Джери-Ли.
— Нет. Я привыкла управляться сама. Впрочем, может быть, вы приготовите холодные напитки? У меня есть любые фруктовые джусы. А вот ликеров и различных содовых мы не держим.
— Все, что есть, — замечательно, миссис Уоллас.
— Лисия любит апельсиновый джус, но мой самый любимый — гавайский пунш.
— Я обязательно его попробую.
— Я брошу лед. Со льдом он кажется не таким сладким.
Мясо шипело, когда вернулась Лисия.
— Вырезка пахнет заманчиво, — сказала она, усаживаясь за стол.
— У меня есть знакомый мясник в универсаме, который вырезает специально для меня, — пояснила мать. — И не берет ничего сверху!
— Моя мама чувствует себя в универсаме как хозяйка, — сказала Лисия Джери-Ли, встала и подошла к грилю. — На мой взгляд, мясо уже готово.
Миссис Уоллас встала и тоже посмотрела на мясо.
— Садись-ка на свое место и не вмешивайся, — сказала она тоном, не терпящим возражения. — В этом доме я занимаюсь готовкой!
— Да, мама! — покорно сказала Лисия и посмотрела, хитро улыбаясь, на Джери-Ли.
Джери-Ли, не говоря ни слова, ответила ей такой же улыбкой.
Они закончили около одиннадцати. За едой мать Лисий говорила, не переставая. Совершенно очевидно, что недельный запас новостей и естественная потребность в общении и разговорах — чрезмерная нагрузка для одного вечера. Но Лисия, тем не менее, терпеливо слушала — о занятиях Бонни, о покупках, о водопроводчике. Все обычные тривиальности повседневной жизни выливались за столом. В ее рассказах чувствовалась гордость от того, что она так хорошо со всем управляется. Кроме того, одобрение Лисий, судя по всему, было ей просто необходимо. И когда Лисия похвалила ее, она совершенно расплылась от удовольствия.
Джери-Ли задумалась и не заметила, как Лисия встала из-за стола и остановилась за ее спиной.
— Совсем не похоже на город, — сказала она.
— Разве вы не останетесь на ночь? — удивилась мать.
— Может быть, у Джери-Ли есть дела на утро? — ответила Лисия.