— Извини, дед, но мы не можем на это пойти, — изрек Лорен. — Слишком велик риск. Нельзя ставить на кон будущее компании ради одного автомобиля.
Номер Один хмыкнул.
— А как, по-твоему, образовалась эта компания?
Именно под такую идею. Ради одного автомобиля.
— Времена изменились, — возразил Лорен. — Экономика сегодня совсем другая. Многообразие сфер деятельности — основа успеха нашей компании.
— Я не ставлю под сомнение важность других отделений. Но не могу согласиться с тем, что они — основа успеха. Наоборот, они практически проглотили нашу компанию. Автостроение у нас в загоне. Хвост вертит собакой.
— За тридцать лет, прошедших с момента твоего ухода с поста президента, изменились условия, в которых мы работаем, — гнул свое Лорен. — Новейшие американские модели на рынке — «генри джи» и «эдзель». И посмотри, каков результат. «Крайслер» сошел с рельс, а «эдзель» едва не разорил «Форд».
— Крайслер добился бы успеха, если б не отступил, но он не автостроитель. А «эдзель» не остановил «Форд».
Они развиваются куда динамичнее, чем прежде, и в следующем году начинают выпуск малолитражек. Неужели ты думаешь, что они пошли бы на такое, если б думали, что потеряют на этом деньги?
— Они не могут иначе, — упорствовал Лорен. — Потому что должны чем-то ответить иностранным конкурентам. Мы — нет. Мы удовлетворены той нишей, каковую занимаем в настоящее время.
— Вы — возможно, а я — нет, — отрезал Номер Один. — Я не хочу быть сбоку припеку в бизнесе, основателем которого считаю и себя, — он взглянул на меня, вновь на Лорена. — Если таково твое отношение, я не вижу основании для того, чтобы продолжать строить автомобили.
— Вполне возможно, что в следующем году так и будет, — кивнул Лорен. — Мы не можем работать себе в убыток.
— Из автостроения мы можем уйти лишь одним путем — через мой труп, — холодно процедил Номер Один.
Лорен промолчал. Выглядел он плохо. Черные мешки под глазами, осунувшееся лицо. На мгновение я даже пожалел его. Ему доставалось со всех сторон. И дома, и на работе. Но после его следующих слов жалость моя испарилась бесследно.
Заговорил он тем же ледяным тоном, что и дед. Казалось, в комнате они остались вдвоем.
— Вчера прошло срочное заседание совета директоров. Приняты три решения. Первое — уволить Анджело Перино с поста вице-президента. Второе — возбудить уголовное дело против Анджело Перино за самовольные действия, нанесшие урон компании. Третье — обратиться в суд штата Мичиган с просьбой назначить управляющего твоими акциями нашей компании до того, как медицинская комиссия подтвердит, что ты в здравом уме и можешь нести полную ответственность за свои действия.
Номер Один вздохнул.
— Вот, значит, какую ты выбрал игру?
Лорен кивнул. Поднялся.
— Пошли, Дэн. Совещание окончено.
— Не совсем, — Номер Один пододвинул к Лорену лист бумаги. — Прочти.
Лорен глянул на лист. Лицо его побледнело, вытянулось еще больше.
— Ты этого не сделаешь!
— Уже сделал. В полном соответствии с законом.
Смотри сам. Печать суда по делам корпораций штата Мичиган. Как владелец контрольного пакета акций я вправе уволить одного или всех директоров компании, имея на то причину или без оной. Так что ваше вчерашнее заседание не имеет юридической силы. Вы все уволены с понедельника.
Лорен так и застыл.
— Ты лучше сядь, — предложил Номер Один.
Лорен не шелохнулся.
— У тебя есть выбор. Можешь уйти, но можешь и остаться. Твой отец и я не всегда жили душа в душу, но умели находить общий язык.
Лорен сел.