Она помялась.
— Два года.
— Почему так долго? Не могла сразу ухватить его за хобот?
— Он бы испугался. Пришлось изображать благородную даму.
— Пожалуй, ты нашла правильный подход.
— Ты не сердишься на меня?
— С какой стати? Мы знакомы с тобой лишь несколько недель, — я вытащил сигарету. — Не понимаю, что тебя мучает. Ты получила то, к чему стремилась.
Она заглянула мне в глаза.
— Я не собиралась влюбляться в тебя.
— Что это изменило?
— Не хочу тебя терять.
— И не надо, — я улыбнулся. — Я готов спать и с чужой женой. Это даже пикантно.
— Ты мог бы предложить выйти за тебя замуж, мерзавец ты этакий. Хотя бы из вежливости.
— Никогда, — я покачал головой. — Да и зачем? Где мы тогда окажемся? Во всяком случае, не там, куда хотели бы попасть.
— Что «же мне теперь делать? Ждать его здесь?
— Ни в коем случае. Пусть он все время гоняется за тобой. Не дай ему почувствовать, что ради него ты готова на добровольное заключение. Сегодня же улетай в Лондон.
— Наверное, ты прав, — раздумчиво протянула она. — Что я ему скажу?
— Будь честной. Скажи, что покидаешь страну, чтобы не компрометировать его. Ты, мол, слишком уважаешь его, чтобы допустить такое. Тем самым ты пробудишь в нем чувство вины.
Она смотрела на меня.
— Последний шанс. Раз ты не просишь меня, попрошу я. Ты женишься на мне?
— Нет.
Из ее глаз брызнули слезы. Я протянул к ней руки, и она упала в мои объятья.
— Я предчувствовала, что так и случится. Пыталась сказать тебе это в аэропорту Сан-Франциско. Почему ты меня отпустил?
— У меня не было выхода. Мы уже выбрали свой путь.
Она прижалась к моей груди.
— Отнеси меня в постель.
Я ничего не понимал. Все изменилось, но осталось прежним. В постели. Прекрасным и удивительным.
А потом мы поехали в аэропорт. Я посадил ее на самолет, вылетающий в Лондон, а сам успел на последний рейс в Детройт.
Мы сидели в кабинете особняка Хардеманов в Грос-Пойнт вокруг небольшого старинного столика. Лорен, Дэн Уэйман, Номер Один и я.
Все молчали, пока Номер Один подробно излагал наши планы Лорену и Уэйману. Когда же он закончил, ответная реакция последовала незамедлительно.