— Ты припозднилась, — проворчала мать, когда она вошла в дом. — Мы уже поели. Тебе придется перекусить тем, что осталось.
— Мне все равно, — ответила Мелани. — Я не голодна.
— Мы думали… — продолжила мать.
— Заткнитесь! — рявкнул отец, сидевший в углу кухни перед радиоприемником. — Разве вы не видите, что я слушаю «Амоса и Энди».
Мелани сняла пальто и прошла в комнату. Аккуратно повесила его на вешалку с тыльной стороны двери. Сняла платье и комбинацию, положила их на кровать. Решила, что прогладит их после обеда. Накинула халатик из хлопчатобумажной ткани, подвязалась пояском и вернулась на кухню.
Мать поставила на стол тарелку с ломтиками колбасы, уже подвядшим салатом и помидорами, хлеб и масленку.
Мелани посмотрела на тарелку.
— Опять ливерная?
Мать скорчила гримасу.
— А чего ты ждала? Надо возвращаться домой к обеду.
— Пришлось задержаться на работе. Сегодня меня направили к мистеру Хардеману.
— Ты могла бы и позвонить.
— У меня не было времени. И потом ты знаешь, что мистеру Макманусу не нравится, если его часто беспокоят.
Макманус жил этажом ниже. В подъезде телефон был только у него. Он служил в городской полиции.
— Не так уж часто мы обращаемся к нему.
Отец громко расхохотался. Еще посмеиваясь, встал, подошел к леднику, достал бутылку домашнего пива, привычным движением сбил крышку и поднес горлышко ко рту до того, как из бутылки хлынула пена. Одним глотком отпил полбутылки, похлопал себя по толстому животу.
— Ну и шутники эти ниггеры. Особенно Кингфиш. Он уговорил Амоса купить новый автомобиль, а теперь Амос не может внести первый взнос и просит продавца взять его назад и вернуть ему старую дешевенькую машину , — гон вновь начал смеяться. — Энди попытался все уладить, и в итоге обе машины оказались у продавца, а они остались ни с чем.
Обе женщины даже не улыбнулись. Он недоуменно смотрел на них.
— Это же смешно, — он вновь пустился в объяснения. — Амос купил новый автомобиль и…
— Если ты полагаешь, что ниггеры такие шутники, чего ты так рассвирепел, когда они поселились в нескольких кварталах от нас? — спросила мать.
— Тут другое. Амос и Энди — хорошие ниггеры. Они знают свое место. Они не пытаются поселиться там, где живут белые. Они, как и должно, держатся своих.
Женщины промолчали. Отец посмотрел на Мелани.
Она как раз намазывала масло на кусок хлеба.
— Чего ты так поздно?
— Сегодня я работала у мистера Хардемана, — она взяла ломтик ливерной колбасы.
Ее отец усмехнулся.
— По крайней мере, тебе не придется беспокоиться, что он ухватит тебя за задницу, когда ты будешь проходить мимо его стола.
— Меня послали не к нему, а к его отцу, — Мелани откусила от бутерброда.
— Ты имеешь в виду Номера Один? — удивился отец. — Он вернулся?
Мелани кивнула.