— Я ненавижу вас, мистер Перино! Ненавижу!
Он поймал ее руки, сжал в своих. Она подняла голову, посмотрела ему в глаза, затем припала к груди и заплакала.
— Я сожалею о случившемся, мисс Элизабет. Искренне сожалею.
— Я чувствую себя такой дурой, — всхлипнула она.
— И напрасно.
— Оставьте меня! — она отпрянула. — Не нужна мне ваша опека.
— У меня и в мыслях такого не было.
— Прощайте, мистер Перино, — холодно бросила она.
Он ответил после короткой паузы.
— До свидания, мисс Элизабет.
Она подняла голову — по ее щекам вновь покатились слезы, потом повернулась и вылетела в коридор, едва не натолкнувшись на инвалидное кресло Номера Один.
— Бетси! — воскликнул тот.
Она не остановилась.
— Не сейчас, прадедушка, — и помчалась дальше.
Номер Один вкатился в номер, пристально посмотрел на Анджело.
— Что тут, черт побери, происходит? — раздраженно осведомился он. — Подъезжаю к лифту, из кабины выскакивает невеста Лорена, вся расстроенная. Поднимаюсь сюда — из твоего номера вылетает заплаканная Бетси.
— О господи! — выдохнул Анджело.
А Номер Один заулыбался. Подкатил кресло к двери, закрыл ее.
— Такое впечатление, что тебя застукали со спущенными штанами.
Анджело отхлебнул виски.
— Ах-х! Дерьмо!
Номер Один громко расхохотался. Времена меняются, но все остается прежним. Он хорошо помнил, как такое случилось с ним в последний раз.
Более тридцати лет назад.
Глава 6
Мерно урчал мощный двигатель большого черного «сандансера» выпуска 1933 года с номерным знаком «ЛХ I», когда автомобиль повернул с Вудвард-авеню на Фэктори Роуд в трех с половиной кварталах от заводских ворот. На тротуарах с обеих сторон мостовой под нудным мартовским дождем мокли люди.
— Что происходит? — спросил шофера Лорен, сидевший на заднем сиденье.
— Не знаю, сэр, — ответил тот. — Я никогда не видел ничего подобного, — он начал притормаживать. У заводских ворот толпа стала гуще, места на тротуарах ей уже не хватало, так что стоявшие прихватили и часть мостовой.
— Включи радио, — попросил Лорен. — Может, узнаем что из выпуска новостей…
Знакомый голос Колтерборна наполнил кабину.
— В заключение я хотел бы повторить всем американцам слова президента Рузвельта, произнесенные им вчера на церемонии инаугурации в Вашингтоне: «Единственное, чего мы должны бояться, так это самого страха». Их действительно стоит запомнить. Вы слушали Ха Ви Колтерборна из Нью-Йорка.