— Всем. Этот дом — просто чудо! Никогда ничего подобного не видела.
— Ничего особенного. Убогая хижина, но я зову ее домом, — тихо проговорил он.
— Никак не могу опомниться! Зачем ты построил такой фантастический дом?
— Это одно из правил игры, Рина, — ответил он. — Как широкополая белая шляпа, пестрые рубашки и цветные сапоги. Без этого ты не звезда.
— И твои инициалы повсюду?
— И мои инициалы повсюду, — подтвердил он. — Но не обращай внимания. В Голливуде и не такое бывает.
— Мне столько нужно тебе рассказать, Невада. Когда ты будешь дома?
— Дома? — рассмеялся он. — А я дома. Жду тебя внизу, в баре.
— Я сейчас спущусь, только… — Рина на мгновение замялась, — как я найду этот бар? Дом такой огромный.
— Для таких случаев я держу индейцев-проводников, — сказал он. — Сейчас пошлю одного за тобой.
Она положила трубку и подошла к зеркалу. Едва она успела подкрасить губы, как в дверь негромко постучали. Подойдя к двери, она открыла ее. На пороге стоял улыбающийся Невада.
— Прошу прощения, мэм, — произнес он с шутливой серьезностью, — я все тут проверил, но вы не поверите: я оказался тут единственным индейцем!
— О, Невада! — прошептала она.
В следующее мгновение она оказалась в его объятиях, уткнувшись лицом в его мускулистую грудь, и ее слезы намочили его пеструю рубашку.
КНИГА ТРЕТЬЯ
ДЖОНАС. 1930
1
Справа под крылом показались огни Лос-Анджелеса. Я покосился на сидящего рядом База:
— Вот мы почти и дома.
Он улыбнулся, морща курносый нос, и взглянул на часы.
— Похоже, мы побили рекорд.
— К черту рекорд, — отозвался я. — Меня интересует только почтовый контракт.
— Мы его наверняка получим. — Он любовно погладил приборную доску. — Эта крошка нам его обеспечила.
Я направил самолет к аэропорту Бербэнк. Если мы получим контракт на доставку авиапочты из Чикаго в Лос-Анджелес, то в скором времени сможем охватить всю страну.
— В газетах пишут, что Форд работает над трехмоторным самолетом на тридцать два пассажира, — заметил Баз.
— И когда он будет готов?
— Года через два-три.
— Хорошо, — согласился я. — Только мы не можем ждать Форда. Раньше чем через пять лет они ничего не сделают. А мы должны быть готовы через два года.
— Два года? — Баз уставился на меня. — Интересно, как? Это же невозможно!
— Сколько почтовиков у нас летает сегодня?
— Тридцать четыре.