— Миллион долларов.
Гвидо ничего не ответил. Он сидел задумавшись. Выпустив колечко дыма, он с глубокомысленным видом рассматривал его. Да, он оказался прав — Джонни не лучше остальных, что бы там ни говорил Эл. Наконец он посмотрел на Джонни.
— И зачем тебе столько денег? — спросил он.
Джонни смущенно заерзал в кресле. Гвидо не собирался демонстрировать расположение к нему.
— Я хочу купить половину доли фильма, который мы сейчас снимаем, — «Вместе мы непобедимы».
Гвидо продолжал сидеть с полузакрытыми глазами. Он слышал об этой картине — глупость Марка Кесслера, так говорили о ней в Голливуде. Ходили слухи, что она обойдется более чем в два миллиона долларов. Внезапно ему стало интересно, почему Джонни хочет купить половину доли этой картины. Насколько он слышал, картина была никудышной, кроме того, его бухгалтерский опыт подсказывал, что «Магнуму» не удастся улучшить свои финансовые дела, даже сняв картину стоимостью в два миллиона. Доходы у них сейчас не ахти какие. Его голос прозвучал без всякого выражения.
— Ты ведь знаешь, Джонни, нашу политику в отношении таких картин, — сказал он спокойно. — «Магнум» и так нам должен два миллиона долларов, и мы не сможем дать дополнительный заем.
«Чушь! — подумал Джонни. — Если бы Вик захотел, он бы смог все, но он не хочет ссудить ему деньги».
— Где же еще я смогу достать деньги? — спросил он, стараясь не выдать своих чувств.
Гвидо посмотрел на него с нескрываемым интересом. Что-то и в самом деле из ряда вон выходящее происходило на студии «Магнум», если Джонни так настойчиво просит денег.
— А что ты можешь предложить взамен? — осторожно спросил он.
Джонни заколебался. Ему не хотелось этого делать, но другого выхода не было.
— Как насчет моих десяти процентов акций компании? — предложил он.
Сердце Вика заколотилось. Нечасто продают партнерство в компании, особенно в кино. Они могут торговать звездами, режиссерами, контрактами, многие из них закладывают даже своих жен, но никогда никто из них не откажется от своих прав на собственность. Если уж Джонни пошел на это, то его положение совсем безнадежно. По нынешним ценам на рынке акции Джонни стоили миллион долларов.
— Я не смогу дать тебе заем на длительный срок, Джонни, — сказал он осторожно. — Рынок сейчас такой непредсказуемый! Но я могу тебе предложить три четверти от стоимости твоих акций на три месяца.
Джонни посмотрел на него. Семьсот пятьдесят тысяч было все-таки лучше, чем ничего. К тому же, если все будет в порядке, у него, возможно, будет шанс достать деньги к этому времени. Он с шумом выдохнул воздух.
— Ладно, Вик, — согласился он. — Когда я смогу получить деньги?
Гвидо улыбнулся ему.
— Как только принесешь свои акции.
Джонни поднялся с кресла и посмотрел на Витторио.
— Акции будут у тебя завтра, — сказал он.
Гвидо встал.
— Хорошо, — кивнул он. — Тогда все улажено. — Он протянул Джонни руку.
Джонни пожал ее.
— Спасибо, Вик, — вяло сказал он.
Гвидо улыбнулся.
— Рад был помочь, Джонни.
Глаза Джонни блеснули. Лицо Гвидо осталось непроницаемым.
— Пока, Вик, — бросил Джонни, направляясь к двери.
— Пока, Джонни, — ответил Гвидо. Довольная улыбка появилась на его лице, когда он наблюдал за Джонни. Но уселся за свой стол он уже нахмурившись. Надо будет выяснить, что же происходит на студии «Магнум».