— Джонни не такой, как все, — возразил он.
Услышав сомнение в голосе отца, Марк улыбнулся.
— Я не говорю, что он такой, папа, но осторожность не помешает.
Голос Питера потерял уверенность.
— Хорошо, Марк, — сказал он, — нам действительно надо быть осторожными.
— Вот поэтому я тебе и позвонил, — сказал Марк. — Я хотел услышать твое мнение.
Питер так же неуверенно сказал:
— Продолжай свою работу. Поговорим обо всем, когда вернусь.
— Ладно, папа, — сказал Марк совсем другим тоном. — Как ты себя чувствуешь? — сменил он тему разговора.
— Отлично, — машинально ответил Питер. Марк чувствовал, что отец еще думает над тем, что услышал.
— Вот и хорошо, папа. Береги себя.
— Хорошо, — ответил Питер, думая о другом.
— До свидания, папа, — сказал Марк. Услышав ответ отца, он повесил трубку. Закурив, он минуту сидел не шевелясь, затем, встав с кресла, подошел к окну и посмотрел вниз.
В темноте он различил силуэты Джонни и Дорис, которые шли к дому, держась за руки. Марк снова улыбнулся. Он позаботится о Джонни. Улыбка исчезла с его лица. И о Дорис тоже.
Витторио Гвидо с трудом поднялся на ноги. Он был полноватым и двигался с трудом. Протянув руку, он с каменным лицом сказал:
— Привет, Джонни! — Голос его был холоден.
Джонни пожал протянутую руку.
— Как у тебя дела, Вик? — спросил он.
Витторио кивнул.
— Хорошо, — неторопливо сказал он.
— Как Эл?
Витторио посмотрел на него. Интересно, зачем Джонни пришел к нему? Он знал, что это отнюдь не дружеский визит, — они недолюбливали друг друга.
— У Эла все нормально, если учитывать его возраст, — со значением сказал он. — Доктор велел ему отойти от дел и не покидать свое ранчо. — Взяв со стола коробку с сигарами, он протянул ее Джонни. Тот отрицательно покачал головой. Тогда Вик сам взял сигару. — Садись, Джонни, — предложил он, прикуривая.
Но Джонни продолжал стоять. Он знал, что не нравится Вику. Если бы здесь был Эл, все было бы по-другому, атмосфера была бы совершенно иной. Он неторопливо уселся напротив Вика.
Дымок от сигары вился к потолку. На лице Гвидо промелькнула улыбка.
— Ну, что у тебя, Джонни? — спросил он. Но тут же пожалел, что произнес эти слова. Лучше бы Джонни сам начал разговор.
— Мне нужны деньги, Вик, — нехотя сказал Джонни. Ему тоже не хотелось говорить об этом с Виком, но другого выхода не было.
Откинувшись в кресле, Вик прикрыл глаза, изучающе глядя на Джонни. «Все они, киношники, одинаковы, — удовлетворенно подумал он, — ни шагу не могут ступить без наших денег». Дело не в том, что они сами не зарабатывали, но сколько бы они ни зарабатывали, рано или поздно — снова приходили к нему.
— Сколько? — спросил он.
Джонни посмотрел на него и нехотя назвал сумму.