— Когда бабушка и дедушка спать укладываются?
— Приблизительно в девять-десять. У нас еще несколько часов. — Я широко улыбнулась. — Куча времени, чтобы ты успела сделать за меня алгебру.
— Я уже сделала домашку. Может, просто спишешь?
— Это жульничество! — притворно ахнула я. — К тому же мне придется писать самой. — Я вручила подруге лист с заданиями и карандаш. — И постарайся почерк подделать.
***
— Лорелея!
Повернувшись на зов, я попыталась выбраться из сетей сна.
— Лорелея, проснись.
Это был Кэмерон, которого я узнала по голосу и не слишком ласковым тычкам в бок. Неужели я в школу опоздала?
Я открыла один глаз. На улице все еще было темно и ветрено, и по-прежнему шел дождь. Для таких пробуждений просто обязаны существовать особые обстоятельства.
Тут я резко села и осмотрелась по сторонам.
— Я уснула!
Брук спала. Глюк растянулся на полу и положил руку на подушку — то есть туда, где должна была лежать голова. Бедняга. Вряд ли спать без подушки удобно.
— Я не собиралась спать. У нас же был план А!
Уголок губ Кэмерона пополз вверх.
— Ваши планы не всегда срабатывают. Может быть, даже к лучшему, что вы уснули.
Последнее, что я помню, — как Брук показывала квадратное уравнение из домашки. Этим, видимо, и объяснялся внезапный приступ нарколепсии.
— Лорелея, — загробным голосом начал Ласк, — ты сейчас ясно мыслишь?
Я потерла глаза и слабо отозвалась:
— Почти. Мы опаздываем?
— Нет.
Взяв за подбородок, Кэмерон заставил меня поднять голову.
Я беспокойно нахмурилась:
— Что случилось?
— Он вернулся.
В уточнениях необходимости не было. Я выпрыгнула из постели и помчалась напяливать халат, а Кэмерон пошел тихонько будить Бруклин. Вот только для «тихонько» времени не было.
— Брук! — завопила я, и Ласк от неожиданности подскочил едва ли не на полметра. Мне стало не по себе.
— Хочешь своих перебудить? — процедил он.
И был прав. Даже не спросив, где сейчас Джаред, я пинком разбудила Глюка и высочила из комнаты, но Кэмерон успел схватить меня за руку.
— Он на улице.