Я уже собралась было спросить почему, как вдруг услышала чей-то голос:
— Улыбочку для фото!
Моргнув, я осмотрелась по сторонам, но мой взгляд тут же прилип к чему-то справа. Столовка рассеялась. Появились деревья и игровая площадка для маленьких детей. Я оказалась в видении, но ни к кому не прикасалась. Мало того, никого, к кому я прикасалась в последнее время, в видении не было.
Снова осмотревшись по сторонам, я увидела девочку из одиннадцатого класса. Кажется, ее зовут Мелани. Она фотографировала детей, совсем еще малышей. Наверное, из садика. Среди них стояло несколько старшеклассников, и все позировали для фото, держа в руках большой плакат. На плакате были десятки разноцветных отпечатков детских ладошек, а посередине ярко-красными буквами было написано «СПАСИБО».
Образы проплывали мимо меня, словно я оказалась под водой. Не слишком четкие, но и не очень расплывчатые. Звуки казались лишь слегка приглушенными, а свет — чуточку ярче привычного.
— Скажите «ДА» грамотности! — воскликнула Мелани, и дети наперебой стали кричать за ней слова, пока она делала несколько снимков подряд.
На последней фотографии, как раз когда плакат выскользнул из руки какой-то девочки, меня ослепилось яркой вспышкой. Я снова моргнула и увидела четырех людей, которые сидели вместе со мной и разговаривали. Я вернулась в столовую, где Бруклин вовсю распекала Кэмерона на тему приличного поведения за обедом.
На меня с любопытством посмотрела Эшли:
— С тобой все в порядке?
— Вы это видели?
Брук тут же замолчала и заозиралась по сторонам:
— Что видели? У тебя было видение?
— Ага. Вроде того. Но оно было очень странное.
Подруга придвинулась ближе, и все последовали ее примеру.
— Я видела Мелани Как-то-там. Она одиннадцатиклассница, если верить ежегоднику. И она фотографировала маленьких детей на какой-то площадке.
— Минуточку! — с придыханием влез Глюк. — У меня тоже видение! — Одну руку он поднял над головой, а пальцы другой прижал ко лбу. — У них в руках был плакат с надписью «СПАСИБО»?
У меня распахнулись глаза.
— Точно!
Брук сложила на груди руки и разочарованно развалилась на стуле.
— Так и знал, что я экстрасенс! — вздохнул Глюк.
Эш терпеливо улыбнулась.
— Очень смешно, Лор, — помрачнела Бруклин. — Я ведь и правда волнуюсь. Если нам предстоит спасти мир, ты должна серьезнее относиться к своим обязанностям. И к своему душевному здоровью тоже.
Сказать, что я озадачена, было бы капитальным преуменьшением.
— О чем вообще речь?
Кэмерон постучал пальцем по столу, и я поняла, что он вовсе не улыбается, как остальные, а смотрит на меня с искренним любопытством. Я глянула туда, куда он показывал. То есть на газету, которую принесла Брук, и которая лежала на столе под моим локтем. На первой странице в качестве иллюстрации к статье о грамотности красовалась та самая фотка, которую сделала Мелани в моем видении за секунду до того, как плакат выскользнул из руки девочки. Малыши махали и смеялись. Старшеклассники улыбались и держали в руках по ребенку. Плакат располагался прямо перед героями снимка, только сам снимок был черно-белый, а мое видение так и играло красками.
— Вам предстоит спасти мир? — переспросила Эшли.
Стиснув зубы, я мрачно покосилась на Бруклин.
— Нет. То есть не совсем. Не весь мир, а скорее одну кафешку.
— Ага, — тут же подхватила подруга. — Всего лишь кафе. У него неприятности. В финансовом смысле.
Эшли тихонько рассмеялась: