– Если хочешь, поедем к тебе.
– Нет! – Ответ прозвучал громче, чем мне хотелось, но я, не обращая внимания на мелькнувшую на его лице обиду, перешла к следующему экспонату. Мое внимание привлек маленький морской пейзаж. Цветные пляжные домики выстроились в одну линию, словно приготовились бежать наперегонки к зеленой воде. На медовом песке виднелось яркое пятно – забытое красное ведерко с лопаткой. Пейзаж напомнил мне картины Аманды, которые я видела в ее доме. И еще почему я хожу по выставке с Натаном.
– Извини. – Я дотронулась до его руки, когда он ко мне подошел. – Вымоталась. Не выспалась после случая с Гарри.
– Понятно. А то я решил, что ты злишься на меня за то, что я в субботу заявился к тебе без предупреждения. Я видел, как тебе было неловко, что я у тебя в квартире.
– Дело не в этом. Я не ждала гостей. И у меня было не убрано.
– И ты не хотела, чтобы я вошел на кухню и увидел, что там у тебя?
– Что там у меня? – Я подумала о своей схеме, и мой желудок сжался в крошечный мячик. Но потом я решила, что он имеет в виду царивший там кавардак, и продолжала: – Суббота, должно быть, показалась тебе тяжелым днем. Ведь в субботу был день рождения Калли.
Глаза Натана подернулись печалью:
– День рождения или нет, мне всегда тяжело.
– Ты, наверное, постоянно о ней вспоминаешь. О том вечере, когда случилась авария. Если хочешь поговорить…
– Давай…
Сначала я решила, что он согласен поговорить, но Натан сделал жест рукой, и я поняла, что он приглашает меня к следующей картине. Я же никак не могла оторваться от морского пейзажа и, подчиняясь внезапному порыву, решила купить его для Аманды. Выставка на следующий день закрывалась, и художник обрадовался возможности продать свою работу. Пока он заворачивал картину в бумагу, Натан попросил меня подержать его пиджак и отлучился в туалет. Я расплатилась, положила пейзаж в сумку и подошла к двери туалета. Дверь была закрыта. Я понимала: если я хочу взглянуть на список контактов в телефоне Натана, времени у меня немного. Есть ли среди контактов Оуэн? Если его знала Калли, мог знать и Натан. Рука у меня дрожала, когда я полезла в карман и вынула аппарат. Я нажала кнопку «Домой», и экран осветился. Появилась фотография Калли: она сидела, скрестив ноги, на берегу озера, не подозревая, что за ней наблюдают. Натан не поставил пароль, и я, открыв меню, пробежалась по контактам. Среди них была строка «Оуэн». Но прежде, чем я успела посмотреть, не указан ли в ней адрес абонента, аппарат выскользнул из моей руки и со стуком упал на пол. Я наклонилась его поднять, но не успела выпрямиться, как передо мной оказались ботинки Натана. Я смотрела на него, чувствуя, как пылают мои щеки.
– Что ты делаешь? – спросил он, протягивая руку.
– Извини, выпал из кармана.
Я отдала Натану телефон, и он, прежде чем положить его в карман брюк, бросил взгляд на экран. Затем взял меня за запястья и поднял на ноги. Его хватка была твердой. Настолько твердой, что я ощутила, как растет во мне страх. Дверь в туалет открылась, и от запаха освежителя воздуха меня замутило. Зазвонил мой телефон. Натан отпустил меня, но, запустив руку в сумочку за аппаратом, я продолжала чувствовать на запястьях его пальцы, впивающиеся в мягкую плоть. Меня обдало жаром. Закружилась голова. Я теряла сознание. На экране высветилось: «Незнакомый номер». Я сделала шаг в сторону и ответила на вызов.
– Дженна, это Джо. Дядя Калли. Надеюсь, вы не рассердитесь, что я позвонил – взял ваш номер у Тома.
Я покосилась на Натана. Он увлеченно рассматривал очередную картину.
– Нисколько. У вас все в порядке?
– Не совсем. – Он с такой силой выдохнул в аппарат, что мне почудилось, будто я ощутила в трубке его дыхание. – День рождения Калли подкосил Аманду. Том старается держаться, бодрится, но год без дочери, притом что и Софи уехала, довел их до крайности. Аманда второй день не встает с постели.
– Сочувствую. Чем-нибудь могу вам помочь? Я по-прежнему готова.
– Не могли бы вы провести немного времени с Амандой?
Он говорил тихо. За спиной скрипнули колеса тележки с чаем, и я, отвернувшись к стене, зажала ладонью другое ухо.
– Это даст Тому передышку. Я помогаю чем могу, но в следующие несколько дней буду в отъезде. Безумно за него переживаю – стресс губителен для его сердца. Они оба с Амандой порадовались, что вы были на дне рождения Калли. Хоть вы и не родственница, но определенная связь все же существует.
– Сделаю все, что сумею. Позвоню Тому, узнаю, когда они свободны. У меня для Аманды уже кое-что есть.
– Какие у них могут быть дела? Сейчас они оба дома. Я только что разговаривал с Томом.
– Хорошо. Буду иметь в виду.
– Простите меня, я, должно быть, ломаю ваши планы.
Я колебалась, но как я могла отказать родным Калли?
– Ничего страшного. Поеду к ним прямо сейчас.
– Вы прелесть. Большое вам спасибо.