— На перекрестке направо, — сказала она, — третий дом.
— Понял. Что слушаешь?
— Разное. Под настроение, — она снова улыбнулась и стала закручивать волосы пучком на голове.
— Не боишься одна так поздно возвращаться?
— А ты? — она вскинула бровь.
Очень сексуальный жест.
— Нет. Я на машине, и я мужчина. Что со мной станется? — сказал я, переводя взгляд на дорогу.
Из — за ливня приходилось ехать очень медленно, и меня это раздражало. Я любил свою машину и любил выжимать из нее максимум, а сейчас все ее лошадиные силы дремали под капотом.
— У меня хороший удар правой, — ответила незнакомка, — Как тебя зовут?
— Меня? — от неожиданности я чуть не подпрыгнул.
Я совсем не собирался знакомиться с какой — то сумасшедшей, которая ходит босиком под дождем.
Честно.
— Тут разве еще кто — то есть? — с издевкой сказала она.
— Нет. Эрик. Меня зовут Эрик.
— Очень приятно, Эрик. Нортман? — она хихикнула.
— Нет, не Нортман. Поклонница сериалов про вампиров? — я снова невольно улыбнулся.
— Нет, но Настоящую кровь смотрю только из — за него, — она расхохоталась.
— А тебя как зовут? — зачем-то спросил я.
— Хм, это сложный вопрос, — промычала она.
— В смысле?
— Если я скажу тебе свое настоящее имя, мне придется тебя убить, — наигранно грозно сказала она и фыркнула.
— Скажи не настоящее, — я пожал плечами.
— Дана.
— Дана, так Дана. Ты не ответила, почему так поздно ходишь по улицам?
— Шла с работы.
— Где работаешь?
— В баре, неподалеку от места, где ты меня забрал. Мы на месте.
Мы. Местоимение, именительный падеж, множественное число. Простое слово из двух букв. Почему тогда от него у меня внутри что — то дрогнуло, сорвалось вниз и бухнуло в пропасть?
Она уже надела туфли, открыла дверь машины и собралась выходить. Помедлив, она повернулась и сказала:
— Спасибо, добрый самаритянин. Будь осторожен на дороге.