Муза ночных кошмаров: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Если бы вы навестили меня вчера, когда я была заперта в своей комнате без еды и воды, то я бы, возможно, и рассказала вам о нем.

– Ну-ну, – между ними появилась Старшая Эллен. – Сейчас не время для споров.

Затем она протянула руку Лазло, и он ответил уверенным пожатием.

– Очень приятно, молодой человек. Добро пожаловать. Или, вернее сказать… – Она наклонила голову, окидывая его задумчивым взглядом. – С возвращением?

С возвращением?! Все уставились на женщину, Лазло особенно.

– Вы меня знаете? – поинтересовался он.

– Возможно. Хотя, если это так, ты немного изменился с тех пор, как я видела тебя в последний раз. Все дети выглядят одинаково.

– Что ты имеешь в виду, Эллен? – спросила Сарай. – Лазло родился здесь?

– Точно сказать не могу, – женщина задумчиво нахмурилась. – Но был один мальчик…

Дослушать они не успели, поскольку в эту секунду воздух пронзил крик, и все, вздрогнув, подняли головы.

Он напоминал женский, высокий и жалобный, но источником была птица. Что ж, не обычная птица, а крупный белый орел, которого прозвали Привидением за фантомную привычку исчезать прямо в воздухе. Птица не была привидением – это все знали наверняка, иначе Минья могла бы ею управлять. Она была с ними столько, сколько они себя помнили, периодически появляясь, чтобы вырисовывать плавные круги в небе над цитаделью, наблюдая за детьми издалека. Птица всегда молчала. Но не сегодня.

Она спустилась ниже, чем когда-либо прежде, и им впервые удалось рассмотреть ее черные глаза, сверкающие, как драгоценные камни. Острый крючковатый клюв снова открылся для вопля, а затем птица взмахнула широкими крыльями и приземлилась на тонкую ветку одной из слив, растущих на краю сада. Ветка прогнулась под ее весом, и несколько плодов упали на город далеко внизу.

Привидение снова вскрикнуло – шея вытянута, глаза напряжены. Все ошеломленно застыли. Сердцебиения Лазло ускорились. Когда он впервые увидел птицу, еще в Зосме, из окна библиотеки, то ощутил близость, ажиотаж – будто страница перевернулась, и история началась. Именно в ту секунду, еще до того, как он познакомился с тизерканцами и Богоубийцей, его усмиренное терпение к серой жизни разбилось на осколки и направило юношу в будущее. Это будущее. Все началось не во дворе, когда воины въехали на спектралах и устроили шумиху во всей библиотеке. Нет, все началось, когда Лазло выглянул в окно и увидел огромную белую птицу, парившую на потоках воздуха.

Но тогда ему не хватало понимания, чтобы объяснить эту близость. Лазло не понимал, кто он. А теперь знал, и вид птицы разбудил воспоминания, которые хранились слишком глубоко, чтобы вытащить их на поверхность. Он был еще младенцем. Как ему такое вспомнить… если это вообще происходило?

Если его догадки верны, именно птица отнесла его в Зосму.

Почему?

Привидение рвануло с ветки. Крикнув последний раз, нырнуло и исчезло из виду. Все подошли к балюстраде и перегнулись вниз, чтобы посмотреть, как птица кружилась и скользила широкой спиралью, пока не обратилась белой точкой на фоне далеких крыш.

– Что ж, – сказала Сарай. – Это что-то новенькое.

– В смысле? – спросил Лазло.

– Раньше Привидение ничего подобного не совершало. Не издавало ни звука и ни разу к нам не приближалось.

– Думаешь, оно пыталось нам что-то сказать? – предположила Спэрроу.

– Например? – поинтересовалась Руби, которая не имела ни малейшего представления.

Как и Лазло. И все же то чувство, та близость придала ему уверенности, что все не так просто. Ведь если он прав, эта птица полностью изменила направление его жизни. Что она такое, гадал он, и непременно бы спросил, если бы в эту секунду Ферал не указал вниз, на город.

– Смотрите, – сказал он, и все тут же позабыли о Привидении.

В Плаче что-то пришло в движение.

8. Улицы, словно каналы

Птица пролетела низко над городом.

Тень мчалась за ней в идеальном балете, мелькая на крышах, куда впервые за пятнадцать лет падало солнце. Золотые купола сияли в утреннем свете. Всего за ночь топография города кардинально изменилась. Там, где раньше было четыре якоря, – монументальных башни из мезартиума, – осталось только три. На месте четвертого остался расплавленный комок и большая неровная воронка, обрамленная обугленными руинами.

Растопленный якорь, сложенные крылья и новый голубой бог в цитадели над Плачем. Это что-то значило, и птица стала терять терпение. Она так долго ждала! Издав последний клич, она исчезла, захватив тень вместе с собой.

Улицы внизу наполнились, как вены, потоки людей пульсировали, как кровь, как дух, по городским артериям к выходу. Плач истекал своими жителями. Сто тысяч душ, и все стремились прочь. Они блокировали узкие проходы и жались друг к другу, подобно консервированным рыбкам – если бы консервированные рыбки могли сквернословить и обладали локтями, чтобы расталкивать друг друга. Их паника звучала как низкий напев. Они везли доверху наполненные имуществом тележки, на которых сидели бабушки, словно морщинистые королевы. Курицы суетились в клетках. Дети разъезжали на плечах у родителей, младенцев привязывали к спинам, а собаки держались поблизости, поджав хвосты. Что же касается кошек, они остались. Теперь Плач принадлежал им. Горожане бежали от ночной катастрофы и правды.