Мужики, глядя на Девичью башню, шли и покачивали головами: "Ай да махина!"
- Батя, что за башня? - спросил у бородача парень в оранжевой рубахе, с зеленым фанерным чемоданом за плечом, и пошел рядом с ним.
- Леший тебе батя, а башня - Девичья.
- Сколько камня нагорожено! - вздохнул парень, высокий, плечистый, рыжеволосый.
- А ведь умно и крепко нагорожено. Тысячу лет стоит, и хоть бы что! прогудел бородач.
- Стоит! - протянул парень.
- И среди моря вечно стояла.
Из толпы мужиков вышел другой парень, в такой же оранжевой рубахе, с таким же зеленым чемоданом, пошел по другую сторону от бородача.
- А почему она Девичья, башня-то?
- Долгая сказка, - отмахнулся бородач.
- А ты расскажи! Мы-то впервые в городе.
Лида ускорила шаги, чтобы не отстать от приезжих. Она видела, что и отец с интересом слушает их разговор.
Бородач переложил корзину с плеча на плечо.
- Поживете в Баку - все узнаете. А коротко сказка такая... Жил хан на этих землях, и была у хана дочь - первейшая красавица. Хан этот любил свою дочь, хотел сделать ее своей женой, но дочь противилась отцовской любви. Хан гневался и однажды чуть ее не убил. Тогда дочь взмолилась и сказала, что она согласится стать женой хана, но только при условии: хан должен ей построить башню среди моря, где бы она могла скрыться от людей. Хан нагнал рабов, и они в месяц сложили эту башню. А когда дочь привели на башню, она вон с самой верхотуры бросилась вниз и разбилась...
Тут бородач замешкался со своей корзиной и выругался.
- Сядем, Лидочка, - сказал Богомолов.
Они повернули к скамейкам.
Бородач перекинул корзину за плечо и вдруг, взглянув на Павла Николаевича и Лиду, наискосок идущих к скамейке, так и замер на месте.
Босоногие мужики расступились и прошли дальше. Рядом с бородачом остались только парни с зелеными чемоданами.
Бородач смахнул пот с лица, расплылся в улыбке и, еще не дойдя до скамейки, на которой сидели отец и дочь, проговорил:
- Павел Николаевич?! Вот не ждал!.. Здравствуйте, Павел Николаевич!
Богомолов вздрогнул от неожиданного приветствия, приподнялся со скамейки.
- Не узнали? Постарел, а? - Бородач сбросил корзину на землю.
Богомолов смущенно и несмело протянул руку. Обыкновенно по голосу он безошибочно узнавал знакомых. А тут не мог припомнить этот голос...
Вышло так, как и предчувствовала Лида: рука отца и рука бородача разошлись во время рукопожатия. Отец отдернул свою руку, лоб его собрался в складки.
Он опустился на скамейку.
Незнакомец так и остался стоять с протянутой рукой...
- С вами несчастье, Павел Николаевич? - с трудом проговорил он.
Инженер теребил в руках измятую панаму и молчал.
Незнакомец сел рядом с Богомоловым, положил руку ему на плечо.