Одно из преданий знакомит нас с колдуном по имени Спина де Мул. Он якобы владел самым большим святилищем в Альпах, называвшимся «Райета» и представлявшим собой творящий чудеса камень, из которого исходили лучи. Карл Феликс Вольф записал эту народную легенду, которая позже была включена в его знаменитую книгу «Предания Доломитовых Альп». Впоследствии «Райета» будто бы перешла под покровительство короля государства Фанис.
Это государство занимало господствующее положение, находясь высоко в горах. Сегодня на месте легендарного королевства лежит каменная пустыня, сохранившая свое название — Фанис-Альпы.
Однако предание о королевстве Фанис действительно содержит в себе рациональное зерно. К изумлению Вольфа выяснилось, что эта история «гораздо старше», нежели он предполагал сначала. В соответствии с ней в Фанис-Альпах, в горной впадине Сент-Кассиан, стоял замок, в котором жил король. Впоследствии, в ходе войны, он был разрушен до основания.
Самое позднее с 1953 г., спустя много лет после того, как Карл Феликс Вольф записал легенду, было известно, что она может иметь историческое подтверждение. Среди нагромождения скал Фанис-Альп археолог доктор Георг Иннеребнер из итальянского города Больцано обнаружил руины древнего замка — остатки резиденции правителя мифического государства Фанис. Это сооружение было возведено на высоте 2600 метров. До того момента никто всерьез не рассматривал возможность существования подобной культуры. Еще и сегодня вершину горы, высящуюся рядом с руинами, называют Бургшталь («Развалины старого замка»).
Таким образом, государство Фанис действительно могло существовать в той или иной форме — как и описываемые в преданиях соседние племена, которые находились в постоянном состоянии войны с Фанисом. Одним из этих народов были камуны, которые поселились в Валь-Камонике несколько тысячелетий назад и оставили потомкам миллионы наскальных рисунков.
В предании о Фанисе говорится также о таинственных союзниках горцев, о «народе одноруких». О ком идет речь и где родина этих союзников — остается неясным. Еще более удивительным представляется то, что, согласно преданию, «однорукие» не пришли по земле, а «спустились с небес». Они будто бы прилетели в «орлином обличье» — в тот самый момент, когда люди Фаниса терпели поражение в ожесточенной битве с другим горским народом. Бойня происходила вокруг вершины горы Фуртиа-даи-Ферс. Неожиданно события приняли совершенно иной оборот. Одно из «Преданий Доломитовых Альп», записанных Карлом Феликсом Вольфом, гласит следующее: «На закате внезапно появились однорукие; в орлиных личинах они спустились сверху — у каждого в руке был меч — и ринулись на врагов Фаниса».
Существовали ли в действительности эти «однорукие»? Любопытно, что упоминания о них встречаются на противоположном конце Земли, в Китае. В китайских источниках содержатся похожие описания «сынов неба» и их «летающих колесниц» — и сверху «однорукие».
В вышедшем в 1341 г. в Китае труде «Ку ю ту» есть такие строки: «В древние времена, в эпоху правления императора Чена из династии Чу (1115–1077 гг. до н. э.), из Страны одноруких прибыло посольство с подарками. Ко двору Чу они прилетели в колеснице из перьев, приводимой в движение ветром. Император испугался, что эта необычная колесница вызовет волнения среди его подданных, и приказал уничтожить ее».
Знания о подобных летательных аппаратах приписываются народу чи-кун, чья классификационная принадлежность до сих пор не установлена. Поражает то, что в обоих случаях пришельцы описываются как «однорукие». Различные древнекитайские источники сообщают, что чи-кун перемещались по воздуху и при благоприятном ветре могли преодолевать на своих летательных аппаратах значительные расстояния.
Из трудов III века н. э. мы узнаем следующее: «Чи-кун знали многие вещи, до сих пор не известные другим народам. Они перемещаются по воздуху на больших колесницах с парусами. В эпоху правления императора Тяна (1760 г. до н. э.) западный ветер принес летающие колесницы в Ючжоу (провинция Хунань), где они приземлились. Тян приказал разобрать эти колесницы и спрятать, поскольку он не хотел, чтобы народ увидел их. Пришельцы оставались в Китае десять лет, пока не изготовили новые колесницы и не улетели при сильном восточном ветре назад в свою страну, которая находилась в 40 000 ли от перевала Ю-мен».
Таким образом, родина китайских «одноруких» должна была находиться на другом конце света. Где же? Попытки найти указания о месте происхождения «одноруких» в китайских текстах и альпийских преданиях оказались безрезультатными. Древние китайцы называли расстояние в 40 тысяч ли, что составляет ни много ни мало 26 тысяч километров! Данные, приведенные в альпийских преданиях, еще менее конкретны. В качестве родины «одноруких» называется «очень большой остров». Не идет ли речь и в том и в другом случае об одном и том же месте?
Китайские летописцы называют «одноруких» «чи-кун». Следует отметить, что сестру колдуна Спина де Мула, который, в соответствии с преданием, после падения государства Фанис увез по воздуху на «птице-драконе» излучавший свет камень, звали Тсикута. Совпадение? Или здесь тоже есть какая-то связь?
Описание летательного аппарата колдуна как «птицы-дракона» представляется не случайным. В древности на Дальнем Востоке, и особенно в Китае, дракон рассматривался в качестве сказочного транспортного средства. В начале времен «сыновья неба» прилетели на драконах в «Срединную Империю» и поселились там.
Все эти загадки ждут своего разрешения. Тем не менее, судя по всему, археологи топчутся на месте. Даже эксперт Исследовательского центра Валь-Камоники доктор Аузильо Приули считает: «Может сложиться впечатление, будто в этой работе достигнут большой прогресс благодаря получению систематических данных. На самом деле мы находимся в начале пути».
Я надеюсь, наступит время, когда будут предприняты шаги в верном направлении…
«НЕБЕСНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ» РОМУЛА
Йорг Дендил
Ромул — мифический основатель Рима — известен большинству людей из курса древней истории. Многие знают, что он якобы ведет свое происхождение от Марса, римского бога войны, который дал жизнь ему и его брату-близнецу Рему в результате союза с весталкой по имени Реа Сильвия. Однако историю о его «смерти» знают немногие.
Эта «смерть» представляет особый интерес. Римский историк Тит Ливий сообщает по этому поводу в своей «Римской истории» (1,16,1) следующее:
«Когда он проводил народное собрание на поле возле Козьего болота по случаю смотра войск, внезапно разразилась буря. Короля окутало облако настолько плотное, что скрыло его от людских глаз, и после этого Ромул исчез».
Сенаторы потом объявили, что «вихрь унес его в небеса». Чрезвычайно интересная информация: сын бога и смертной женщины исчезает, унесясь в небо, при неясных обстоятельствах. Эта легенда из далекой эпохи, предшествующей наступлению эры астронавтики, отнюдь не уникальна. В Ветхом Завете тоже встречаются подобные повествования. Пророк Иезекиль упоминает раскаты грома и бурю, сопровождавшие вознесение на небо, и пророк Илия примерно таким же образом был «отозван» с Земли:
«И пока они беседовали друг с другом, появилась огненная колесница с четырьмя огненными лошадьми. Разразилась буря и унесла Илию в небеса» (Вторая Книга Царств, 2, 11).
Напрашивается мысль о том, что в Риме произошло то же самое, что и на берегу реки Ховаре, когда Иезекиль увидел «трон-колесницу Яхве», или на берегу реки Иордан, когда «разразилась буря и унесла Илию в небеса». Правда, следует отметить, что в «Римской истории» речь идет только о буре, а «небесная колесница» не упоминается. Остается лишь гадать, почему Тит Ливий ничего о ней не говорит. На римской гравюре Ромул изображен стоящим в колеснице в тот момент, когда он поднимается в небеса. Возможно, история Ливия является фрагментом гораздо более древнего мифа, встречающегося, в той или иной форме, в разных уголках земного шара — Новый Завет тоже содержит повествование о «вознесении Христа». Во всех случаях речь идет о детях, родившихся от союза пришельцев и людей, которые после выполнения своей миссии на Земле возвращались к отцам — или, другими словами, в небеса.
ХРИСТОФОР КОЛУМБ И КАРТА ПИРИ РЕЙСА
Данте Ансовини
Христофор Колумб, вне всякого сомнения, был смелым, мужественным и решительным мореплавателем. Однако он явно не принадлежал к категории отчаянных игроков, готовых пожертвовать тремя кораблями и собственной жизнью только ради того, чтобы первым достигнуть побережья Индии, плывя к ней в западном направлении.
В судовом журнале Христофора Колумба есть весьма любопытные записи, наводящие на размышления.