— Не откажусь. — Марат улыбнулся. — Только, кто же мне его даст и куда спрятаться так, чтобы совершенно точно отдохнуть, без лишних глаз! Может, поделишься таким местом?
— А что, твой Бердюгинск перестал удовлетворять своих жителей? — Ответил вопросом на вопрос Влад, скручивая простенькую вилку в странное подобие дерева с распростертыми ветвями-зубьями, которые он тут же стал отламывать по одному.
— Барабинск. — Поправил Марат, наблюдая за расправой над столовым прибором. — Маловат и тесноват, становится…
— Будет еще теснее! — Пообещал худой, откладывая бренные останки вилки и берясь за ложку. — Мне тут, Хозяйка, условие поставила, чтобы я — без охраны — от города "с печатью" ни на шаг не отходил. Вот оно как, представляешь! Говорит, шалят тут у вас, на дорогах, хоть Младших с поводка спускай, представляешь? Одно радует, обещала свозить меня на море, которое Черное, а то ваша хваленая Балтика — такой помет… Воняет паленым, гнилью и неубранным говном.
Влад превратил ложку в две половинки, скрутил их между собой и довольно хмыкнул.
— Чего звал-то? Или есть что на продажу?
— На обмен. — Сразу расставил точки над "Ё" спецназовец, переходя из состояния послеобеденной дремоты в состояние бурной деятельности. — Стандартный набор — запалы, детонаторы и сама… "Масса"… Два десятка килограмм. На два амулета, сам знаешь, какие. Ну и подзарядка, пять штук.
— А что ваш? Совсем мышей не ловит? — Влад вертел в руках тарелку, прикидывая, как ее будет удачней гробнуть — об пол или проверить ее аэродинамику?
— Не ловит. — Марат развел руками. — Кормит. Мышей кормит, червей, кормит…
— Недолго музыка играла. — Цикнул зубом Влад и отправил тарелку в полет. — Аэродинамика оставляет желать лучшего…
Тяжелая тарелка долетела до стены, ткнулась в нее своим углом и разлетелась на белоснежные осколки со звуком взорвавшейся гранаты.
Следом, в полет к стене отправились бокал и стакан, прибавляя звона, осколков и испуганных взглядов.
— Об отпуске, хорошо подумай! — Влад встал из-за стола. — А в остальном — договорились…
Глава 45
****
Куда бы ни вел портал, лучше всего, если бы он не вел именно сюда!
Мой круг замкнулся, словно змея, наконец-то, догнала собственный хвост и вцепилась в него зубами, начиная пожирать саму себя.
Я смотрел на знакомые, обшарпанные панельные пятиэтажки, бетонные блоки детских песочниц, давно лишившихся своих "зонтиков", поржавевшие гаражи и разбитый асфальт дорог.
Деревья стали выше.
А деревянная постройка барачной больнички, в которую меня таскали все мое золотое детство, наконец-то сгнила, приказав долго жить. Остались лишь пластиковые пакеты окон, покосившиеся, с треснувшими стеклами. И куча шифера.
Помойка давно заросла молодым кустарником, проросшим через мусорные баки, повалившим бетонные стенки корнями, прикрывшим людское безобразие своими, пока еще зелеными, листьями.
Я оперся спиной о нагревшуюся на солнце подъездную дверь и молил все Звезды о том, что вот сейчас я закрою глаза, а когда их открою — города не будет. Пусть будет ад, с его котлами и чертями. Пусть будет рай, с его нимбоносными отродьями, но только не этот город!
Я пялился на знакомые места и не мог закрыть глаза…
Хотел сползти вниз и сесть, но ступор был сильнее.
Я знал этот двор.
Я знал этот город.
За моей спиной — подъезд девятиэтажки, когда я отсюда уезжал — заброшенной строителями и поставленной на консервацию. За ней — дорога, с автобусной остановкой, из-за которой не видно моего собственного дома, ядовито-зеленого, пятиэтажного, панельного, "крупнощельевого", как говорил один знаменитый юморист во времена оны…
И запах! Неистребимый запах очистных сооружений, когда-то давно располагавшихся совсем недалеко отсюда.
Все осталось на своих местах, словно и не минуло столько лет.
Все, окружающее меня осталось тем-же, что и было давным-давно. Улучшения, если они и были, поглотила Ее Величество Природа.