Корм вампира (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Обалдел от такого заявления не только я. Махрсан хлопал ресницами, переводя взгляд с меня на Игнатича и обратно, сердито гнул бровь, но не понимал, о чем речь.

— Ничего себе, видимость в сто восемьдесят килограмм! — Я решил перейти в наступление, выдавливая из медика объяснения. — Вот он я, хотите — могу по столу, кулаком, стукнуть!

— Лучше — головой! Она у тебя все равно — пустая. — Полковник толкнул в мою сторону обычную картонную папку, из которой, веером, высыпались снимки. — Полюбопытствуй, пока тебя наша безпека в оборот не взяла…

Я вертел в руках снимки, пытаясь понять, чем так они не нравятся Игнатичу.

Хорошие снимки, цветные. Высокого разрешения, контрастные. Черепушка, видимо моя. И содержимое, врет все полковник, есть в моей черепушке содержимое!

— Ничего странного не замечаете? — Ехидно полюбопытствовал медик. — Профаны…

— Игнатич… Ты, между прочим, в своем деле мастер… Я — в своем. Говори! — Семен отбросил снимки, которые смотрел. — Что из тебя, все клещами вытаскивать?

— Ты сколько извилин в его мозгу насчитал? — Игнатич развернулся в мою сторону. — Две? Десять? Он не человек, Семен. Он — марионетка. А если он марионетка, значит — что? Есть где-то и кукловод!

Я судорожно таращился на фотографии, выискивая прихотливые завитушки извилин.

Как в анекдоте — извилины только две. Одна к выходу, вторая — потертость от фуражки.

— Агрегат свой проверь. — Остудил пыл полковника, Семен. — Может глючит? Или настройки сбились. Зам знаешь — не в том мы месте…

— Аппарат я проверил, с чего, как ты думаешь, он всю сеть просадил? — Игнатич смотрел на меня с интересом. — А у этого, мозги вообще кипеть должны были, после таких напряжений. А он, вот он — свеженький и не овощ вовсе…

Очень сильно захотелось дать эскулапу в челюсть, так, чтобы он вместе со стулом до противоположной стены летел. И растекся по ней кровавым пятном, без права жить на белом свете, за такие эксперименты.

Пришлось закрыть глаза и сделать медленный и глубокий вдох, а затем такой же — выдох.

— Дурак ты, Алексей Игнатьевич… — Услышал я спокойный голос Махрсана и открыл глаза. — Сколько тебе лет? 68–69? Ты, с его приятелем, о чем разговаривал? О красотах вокруг ленточного бора? А ты… "Марионетка", бери стул и устраивайся… Только кулаки разожми, да глазами так не зыркай в сторону нашего материалиста от науки…

Пришлось послушаться, тем более что ноги, отчего-то, противно дрожали и подгибались, предавая меня по всем статьям.

— Я вот, с Беном долго беседовал… — Безопасник начал аккуратно складывать фотографии обратно в папку. — По его словам, ангел считает Олега чьим-то аватаром.

Я сразу понял, о каком ангеле идет речь.

— В разговоре, ангел упоминала, что Олег — "ходячий мертвец", то бишь — зомби, с разложившимся мозгом… — Продолжал свой рассказ Семен, вертя в руках папку, то завязывая, то развязывая веревочки. — Так что…

— Ты веришь ангелам? — Игнатич враз присмирел. — Сам знаешь, какие они… Твари!

Последнее слово медик почти выплюнул и с его оценкой ангельского характера, я, как это ни странно, был совершенно согласен.

— Знаю… Брехливые и себе на уме. — Согласился вояка. — Осталось только понять, с аватарой мы имеем дело или, все-таки, с марионеткой…

— Или чем еще, похлеще… — Полковник рассматривал меня, как диковинную зверушку, которую и препарировать жалко, а надо.

— Я — мыслю. — Напомнил я умную мысль. — Следовательно, я — существую!

— То, что ты существуешь — бесспорно. — Семен почесал затылок. — А вот мыслишь ты, или за тебя мыслит "нечто", находящееся бог знает где — это еще тот вопрос. Только задать его некому. А ты — обязательно соврешь. Так что… Живи пока… Под наблюдением, разумеется, но живи. Отпустить тебя отсюда, прости, не имеем права. Да и связи твои, теперь под очень плотным наблюдением. Сам понимаешь — ты непонятен, и, следовательно — опасен. Быть может потенциально, быть может даже в третьем или десятом поколении, но… Твои странности обязательно вылезут и нам придется с ними справляться. Как-то ставить себе на службу или уничтожать, стирая с лица земли всех твоих потомков.

Чувствуя, как на меня нисходит холодная решимость и уверенность, откинулся на спинку стула, пряча руки под стол. Они не тряслись — страха не было и в помине. Они просто сжались с такой силой в кулаки, что ногти врезались в кожу, разрывая ее до крови.

Мудрствования этих двух господ офицеров были классически верными, как "Сицилийская защита", логичными и разумными. Раз нет извилин — значит нечем думать. Раз думать нечем — значит напротив них сидит пустая и безмозглая оболочка, руководимая посторонней силой.

Будь я на их месте — думал бы, почти так же.

"Почти"!

Они не знали меня, а мне не было повода доверять им. То, что Бен рассказал о домыслах Кайты — значительный факт против моего напарника, уже не в первый раз умудряющегося меня продать задешево. Вот только "домыслы" Кайты вполне получили себе подтверждение снимками, которые можно было потрогать и "пришить к делу".