Корм вампира (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ручка двери опустилась, впиваясь мне в макушку и открывая дверь, из которой я выпал спиной вперед, на чистенький паркет коридора.

— ! — Очень экспрессивно сказал я, в ответ на удивленное лицо старшей по лаборатории неорганики, высокой блондинки Марии. — Соврала, таки, интуиция!

— Ты не ушибся, Олег? — Мария хлопнула длинными ресницами и сделала шаг назад, дожидаясь, когда я начну принимать вертикальное состояние.

— Спасибо, Мария. — Поблагодарил я и поплелся "работать работу", провожаемый взглядом двух пар глаз — зеленых Марии, удивленных и мечущих все благородные молнии, голубых глаз Хельги.

"Э-э-эх-х-х, в кои-то веки светил мне "служебный роман", с такими формами и глазками, да другие формы и глазки все обломали!" — От этой мысли всхрюкнул и рассмеялся, провожая свое дурное настроение в далекое, пешее путешествие.

Миру всегда мало одной каверзы. Мужчине всегда мало одного пинка.

Насвистывая, занялся "зависшим" оборудованием, старым и оттого постоянно сбоящим. Хотя, как по мне, так сбои у этого оборудования — муфельной печи и спектрографа, были вовсе не от возраста. И комп вис вовсе не "оттого", а сеть отваливалась совершенно не "потому"… Самый страшный зверь — прокладка между стулом и клавиатурой.

Вновь пришлось ругаться, апеллируя к начальству и угрожая сдать всех с потрохами, вынуждать прочесть инструкцию и выслушивать злой шепот: "А ты нам, зачем тогда? Только чтобы кормить в столовой?!"

Вот зря старушка Фрида вновь озвучила свои претензии, выбравшись из угла со склянками… Очень зря. Меня она знает плохо, в отличии от остальных и права голоса, не имеет и вовсе. А давать кому-либо гавкать на меня, даже под прикрытием своего возраста, стажа или опыта работы…

— Армию кормят ради одного дня сражения. А кто не хочет кормить свою армию — кормит чужую. Это доступно и понятно объясняет, зачем я здесь. А тому, кто плохо знает свои должностные обязанности, я очень рекомендую ознакомиться с приложением номер два, в его собственном трудовом договоре. А еще лучше — заткнуться и заниматься своей непосредственной работой, не пытаясь вмешиваться в чужую. Тем более, если вы в ней ни хрена не смыслите! — С улыбкой на устах, от хорошего настроения, я от души проехался по бабульке, помнящей еще коммунизм. Точнее — капитализм, разумеется.

Пикнул динамиками загрузившийся лабораторный комп и следом — звякнула мелодичным колокольчиком, муфельная печь, информируя, что программа отработана полностью и замок двери открыт.

— А системник я вам, ей-ей, к полу пристрелю! — Пригрозил я, отряхивая колени от несуществующей пыли. — Или к стене — боком!

Пока возился со спектрографом, Фриды и след простыл, лишь едва слышно щелкнул язычок входной двери, выпуская бабушку в коридор.

— Она тебя с говном теперь съест… — Стив МакКормикк покачал головой, задумчиво почесывая короткий ежик на голове. — Сейчас побежит Бладу жаловаться, потом вдвоем метнутся к начлабу, опишут все в цвете и…

— Да ветра им… В корму! — От всей души пожелал я. — И торпеду — навстречу!

Спектрограф сопротивлялся всем моим стараниям "переподключить его на горячую", как это рекомендовалось в инструкции, чтобы не начинать всю процедуру заново.

— Пробы давно стоят?

— Ай… Он сразу колом встал, так что… — Стив сразу понял, о чем речь и махнул рукой, давая добро на рестарт. — Олег… Ты что, совсем не боишься? Ведь выгонят, ко всем чертям!

— Стив… — Я выпрямился и, поглядывая одним глазком за индикаторами на лицевой панели прибора, развел руками. — У меня ни семьи, ни котенка. Леса тут богатые. Да и одиночества я не боюсь. Я вообще, кроме скуки, ничего не боюсь…

— Даже смерти? — "Проснулась" Дженни, хохотушка-пампушка, рыжая как огонь, вечно требующая у меня рецепт моей диеты и не верящая в три магических буквы НМЖ.

— Нету там, ни света, в конце тоннеля, ни самого тоннеля. — Начал вспоминать я, наблюдая за миганием огоньков. — Есть лишь миг, когда смотришь на себя сверху и понимаешь — это все. Это — последний шанс: либо ты возвращаешься в ту оболочку, что сейчас перед тобой, либо начинается небытие. Точка принятия решения, "Рубикон" каждого смертного.

— Ты — вернулся? — Дженни понимающе подмигнула.

— Нет. Я предпочел небытие. — Сказал я правду и мне, как всегда, не поверили. — Все, в журнале потом распишитесь, что я был и все работает.

Дивный новый мир, как надоевшая жвачка, прилипшая к любимым брюкам или подошве. И противно, и избавиться надо, а — негде. Негде разуться-раздеться и засунуть вещь в морозилку, а потом отстучать и застирать.

И морозилки — тоже нет.

Пока размышлял, ноги сами донесли меня до лаборантской, в которой Хельги, с ярко горящими кончиками ушей, сопела-пританцовывала у закипающего чайника, выслушивая нечто ей не приятное, от Марии.

При виде меня "избиение младенца" прекратилось, а вот уши девушки стали пунцовыми, словно некто очень долго и заглазно материл их хозяйку, припоминая все грехи, как тайные, так и явные, но мне неведомые.

— Олег… — Мария побарабанила ногтями по столу. — Ты неважно выглядишь. Может быть, лучше сходить домой, отлежаться, пару дней.

"Интересно, это она мои мысли читает, или девочек своих от греха бережет?!" — В который раз подивился я женской сути и сел за стол, писать заявление на "пару дней".

— Не надо заявления. — Мария бросила осторожный взгляд на Хельги. — Доктору Брайду я все скажу сама.