Корм вампира (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Жадность и спешка — Второй и четвертый признаки глупости. — Артефакт вспомнил своего создателя и его длинную линейку признаков. — Первый признак — зависть. Третий — злоба.

У глупости было 55 признаков. У мудрости — только два.

"…Миров целое N количество. В одном и том же мире — N-мерность. Все эти мерности встречаются в единой точке, предельно малой и неизмеримо огромной — одновременно. Тот, кто откроет "дверь" в этот мир — сможет беспрепятственно перемещаться по мирам, с любой мерностью. Я назвал мир нулевой мерности — Ничто. Ничто — отправная точка, как для оси абсцисс, так и для ординат. Остался пустяк — найти Ничто не в теории, а на практике!

Но, если есть Ничто, нулевая точка, то, как туда попасть простому смертному?!

Кто говорил о "простых смертных", Крокки? Нет! Ни ты, ни я, ни даже высшие сущности — рангом с бога или творца, в Ничто не поместятся. Только "матрикаты" — матрицы и образы…

Значит, нам там не побывать…

Ищи свой путь, а там — посмотрим!" — "Ковер-самолет" зачаровано ловил каждое затихающее слово из этой странной беседы, подслушанной "из-за угла".

"Значит, все-таки есть нулевая точка! Есть!" — Хвалил себя самого за сообразительность, "Кокон…" — "Но, если эта точка — "НОЛЬ — для всех…" Значит… Ай!" — Замечтавшийся артефакт едва успел ретироваться из измерения, поджав свою мерность, как цветок лепестки, в крепкий бутон. — "А ведь так и съесть могут!"

— … Рассвет, колючий, зимний, неласковый — вид сверху. Развалины и голый лес — прилагаются. — Олег изучал город, свесившись с края ковра-самолета, и комментировал увиденное таким тоном, что Бену очень, очень-очень, хотелось дать ему пинка и послушать, с каким криком Олег будет лететь вниз пятьсот метров. И что останется от него, после приземления. — Но все не так и плохо. В ближайшей видимости три десятка целых домов, так что для "мародёрки" место есть. Машины, думаю, сдулись и проржавели, так нам они и не нужны. Еще бы пару полицейских участков ломануть и будем по шею в малине ходить!

— То есть исцарапанными и в красном соке? — Уточнил Аркан, с ужасом слушая самого себя. Вот, что ни говори, а "с кем поведешься, на того и дети будут похожи"! А мышление Олега — еще та зараза заразная, ничем не перебиваемая и не остановимая. Еще чуть-чуть и их будут считать если и не любовниками, то братьями — точно!

— Ты, дом-то хоть помнишь, пенсионер застуженный? — Толстяк, устав разглядывать город, сел ровно. — Или как?

— Я все помню… — Огрызнулся Аркан. — Крыша была выше всех… А таких, вон, на весь город, всего четыре. У моей еще и балюстрады нет — когда дрались, снесли… Случайно… Ну и кресло, белое, пластиковое, должно лежать…

— Бен… Я искренне тобой восхищаюсь! — Олег лукаво сверкнул глазами. — Такая память! Такая внимательность! Такая предусмотрительность — и все тебе одному, досталось! Ау! Какой стул? Какая балюстрада? Снегу — метра два, на каждой крыше!

— Надо было тебя, все-таки, пнуть! — Аркан задумчиво почесал отросшую бороду, искренне ненавидимую, но… "согревает, согревает в холода, борода!" Вон, у Олега борода растет — три волосинки под левой ноздрей и целых пять — на подбородке! Как говорит сам толстяк — "пучок растительности". Оттого и ходит вечно в лыжной маске, пугая животных.

— Выбираем вон то здание. — Аркан ткнул рукой в дом, блестевший целенькими стеклопакетами. — У моего, точно, окна были целые. Особенно на восьмом-девятом этажах. А уж про тринадцатый-четырнадцатый и вовсе молчу…

Олег пожал плечами — можно подумать артефакт его слушается и вся эта перепалка, и взаправду, чего-то стоит. Хотя, если как фактор снятия стресса, то — да, стоит!

Пока "ковер-самолет" заходил на посадку, управляемый твердой рукой морпеха, парень проверил оружие и приготовился к неприятностям, которых, как правило, долго ждать не приходится, сколько ты к ним не готовься.

Снегу на крыше оказалось ниже колена, что никого не расстроило. Нашелся и белый, пластиковый стул, и даже тот самый флакон из-под лака, что находчивый морпех применил не по назначению.

Олег специально обошел все здание по краю, заглянул за край и присвистнул, представляя траекторию падения собачек, пытаясь найти скелеты, пока не вспомнил, что тагриссов, Бен сжег.

Вот и новое слово — "тагрисс"! Что имел в виду тот вампир, называя свою команду оборотней — "тагриссами"?

По словам Бена, пришедший по его душу был нагл, неосторожен и очень юн. Длинноухий — то есть точно — вампир из перворожденных, не новообращенная мразь, старательно гоняющаяся за свежей кровью и мясом. Но слишком молод. По словам Бена — вряд ли старше двадцати пяти.

— Олег! — "Стекло", возившийся с дверью, наконец-то с ней справился и теперь принюхивался к запахам, идущим с лестничной площадки. — Пошли.

Лестничная площадка 15-го этажа уже пострадала от времени и просочившейся с крыши, воды. Мороз устроил на площадке настоящий каток. А вот 14-й, а уж тем более — 13-й этажи, поражали своим пыльным запустением, тишиной, грязными окнами и сухими стенами, потолками и полами, словно и не было сверху толстой ледовой корки.

14-й этаж, с четырьмя дверьми, ведущими в четыре разных квартиры-студии, ничем особым не поделился — ну не отдирать же позолоченные троны, установленные в туалетах и некогда изысканное женское белье, аккуратно разложенное по полкам огромного шкафа. Или сотни пар обуви, от веселеньких босоножек, без каблуков, до монстров на 10-ти сантиметровой подошве или с 13 сантиметровым каблуком-шпилькой!

В другой квартире явно жил помешанный на мечах японист, увесивший две стены мечами, короткими и длинными, кривыми и прямыми.

Клинки, кстати, оказались полным фуфлом!

Быть может, во всей этой коллекции и были "жемчужины", вот только искать среди сотни, нечто стоящее…

И Бен, и Олег совершенно спокойно махнули рукой — не настолько все в мире плохо, чтобы вновь начать бегать с холодными резалками для мяса. Пуля в голову — намного вернее, быстрее и проще. Да и подпускать к себе, кого-нибудь с открывашкой, ни один уважающий себя вампир не будет.

В третьей квартире, на широкой кровати-траходроме, уютно устроилось пять мумий, хорошо просушенных за 20 лет лежания в пустой квартире.

Четвертая поделилась двумя упаковками минералки без газа, макаронами и большим запасом специй. Особым восторгом были восприняты Олегом сушеные древесные грибы, закатанные в полиэтиленовую, водонепроницаемую, упаковку и упаковки фунчозы, соевой спаржи и соуса, от одного запаха которого Бену хотелось спрятаться на другом конце земного шара.