– …!!!
От того, чтобы грязно выругаться, меня удержало только осознание, что это может меня выдать. Вслед за первой группой шла ещё одна, уже из семи таких же адьюкасов, и с боков примерно на равном расстоянии тоже чувствовались такие группы. Охренеть можно. Я сосредоточился на реацу и уже не удивился – адьюкасы были точно такими же пресными. Все, кроме одного. И этот один был в разы сильнее остальных. Выцепив его взглядом, я захотел улыбнуться. Всё оказалось просто и очевидно. Ну здравствуй, будущий Номер Семь, вернее, уже точно не состоявшийся Номер Семь. На восьми коротких щупальцеобразных лапах внизу передвигался пустой. Вздутое, словно шар, тело, из которого выходит короткий торс, круглая лысая маска с узкой и переходящей в шею челюстью и две толстые, сложенные перед собой руки. По поверхности тела росли наросты в форме цветов, которые слегка шевелились. Значит, все эти адьюкасы – это марионетки, а наросты – то, что их контролирует. Всё теперь ясно. А он действительно сильный и реацу совсем не скрывает. Группы адьюкасов – это охотники, идут полукругом, по отряду на каждую грань треугольника, и ещё один отряд для личной защиты. Может, даже сзади кто-то есть, хотя я пока не чувствую. Так, и что мне с тобой делать? Глупый вопрос. Такой хороший шанс упускать нельзя.
СЕРО! В этот раз я изменил себе и расфокусировал луч так, чтобы он накрыл всю группу, но влился я в него при этом хорошо. Тут главное было – не переборщить с реацу, а то их вообще испарит. Знатно полыхнуло. Они даже дёрнуться не успели. Группы адьюкасов, идущие по бокам, начали спешно приближаться, значит, негритёнок выжил и созывает солдат. Пыль от взрыва Серо ещё не улеглась, а первый адьюкас уже вышел из сонидо передо мной. Тот самый перекачанный коротышка из первой группы. Сонидо. Я у него за спиной, рука почти без сопротивления проходит сквозь голову, пробивая маску. Ещё трое, концентрируют Серо. Идиоты. Меня этими фонариками даже не ошпарить. Сонидо. Толкнуть рукой реацу в бок, адьюкаса разрывает. Два Серо летят в меня и бессильно стекают с поднятой руки. Реацу я уже не сдерживаю, тело покрыто красным сиянием. Появляются все остальные – ещё десять адьюкасов, даже тот гигант. Ускоряю реацу и выбрасываю её в окружающий мир, создавая духовное давление. Только появившиеся пустые начинают неловко оседать, те, кому не повезло выйти из сонидо в воздухе, теряют концентрацию и падают вниз. Пыль осела, вижу обгоревшего кукловода и шесть поджаренных трупиков. Все шевелящиеся наросты на теле выгорели, руки сильно обожжены – видимо, прикрывал или маску. Сонидо. Выхожу перед ним, в руке уже формируется Серо.
– НЕТ! СТОЙ! Я!..
Вспышка. Шарообразную тушу прожигает насквозь, открывая почти полутораметровую дыру. Фууууф… Теперь добить адьюкасов – и можно звать Кин.
Удар ноги размалывает маску последнего пустого. Лишившись хозяина, они даже не сопротивлялись, просто лежали или сидели там же, где и упали за секунду до того, как я разрядил Серо в несостоявшийся Номер Семь. Хм… А это что? Слабая реацу адьюкаса, сильно раненого адьюкаса. Двумя прыжками перемещаюсь к нему. Не такое уж и большое по меркам пустых тело, выше меня всего в полтора раза, можно сказать, даже миниатюрное. Руки заканчиваются узкими костяными лезвиями, тело и ноги узкие, напоминают скелет или манекен. Дыра расположена внизу живота, маска простенькая, без узоров и излишеств, даже изящная, если не смотреть на челюсть. Грудная клетка имеет выпуклую форму спереди. Хм. Похоже, он или уж, скорее, она из одной из фланговых групп, банально не успела к развязке – с таким уровнем реацу сложно пользоваться сонидо, у Кин будет раза в два больше, и то она постоянно жалуется, а ведь уже как отъелась с момента нашей встречи. Я уже занёс ногу для удара, когда осознал, что реацу именно этого адьюкаса не такая уж и пресная.
Пустая застонала.
Хм… Я наклонился к пустой и вырвал инородный отросток из головы. Она сделала судорожный вдох, дёрнулась и безвольно замерла. Спасать или нет? Ну, учитывая, что это первая пустая, встреченная мной после Кин, нужно хотя бы попробовать, а если характер окажется гнилым – убью. Подхватив тело, я двумя сонидо переместился к Кин.
– Хозяин! – радостно вскрикнула адьюкаска, увидев меня. С каких это пор я стал хозяином? Вроде раньше был господином. Что тут произошло, пока меня не было? – Я так волновалась! Вы использовали так много реацу, что меня даже здесь накрыло. А… А это вы с ним дрались? – Кин наконец заметила тело у меня на плече.
– Нет. Я дрался с крупным отрядом адьюкасов, один из которых почти стал вастер лордом, – чуть приукрасил я реальность, хотя не так уж и много. – Пошли.
Кин воззрилась на меня с благоговением и восхищением. Я ушёл в сонидо.
Поглощение семнадцати пустых, один из которых был на полпути к эволюции в вастер лорда, резко подстегнуло мою собственную эволюцию. Когда сущности усвоились, моя реацу просто разом завершила переход на следующий уровень качества. Не следил бы за этим специально – ни за что бы не заметил, настолько плавным и незаметным был переход. Можно с чистой совестью вздохнуть полной грудью и сказать – наконец-то! Изменения наверняка ещё будут происходить, но уже скорее косметического характера, главное – рубеж взят! А значит, я теперь на равных могу тягаться с капитанами Готэй 13, с большинством, по крайней мере. Теперь бы поскорее стать арранкаром, а то тело у меня хоть и гуманоидной формы, но привычных человеческих радостей жизни дать не может. Хотя нет, нужно держать себя в руках и подождать, да и Айзен вроде ещё не объявлялся. Интересно, как будут выглядеть девочки после превращения?
Да, именно девочки, оставленный мной в живых адьюкас, как я и предполагал, оказался женского пола. Она о себе почти ничего не помнила, даже имени. Обрывочные сцены из жизни адьюкасом – и абсолютно ничего о времени под контролем. Почти чистое, незамутнённое сознание. Да, она помнила, что она пустой, и конкретно – адьюкас, помнила, что это значит, знала, как пользоваться сонидо и Серо и как орудовать своими клинками, но практически ничего не знала о себе. В чувство она приходила долго, очень похоже, что до регресса ей оставались считанные дни, а ведь, судя по реацу, до того, как попасть в рабство, она не была слабым адьюкасом. После её лечения рук я вообще почти не чувствовал – не любит моя способность отдавать, не любит… Но в физическую норму я её привёл, и она даже примерно встала на один уровень с Кин. Я не стал предлагать ей присоединиться, сама попросилась, и почти теми же словами, что и Кин. Естественно, я согласился. Но стоило мне ответить «да», как она умудрилась меня удивить:
– Спасибо, господин, – адьюкаска низко поклонилась. – А вы можете дать мне имя?
– Что?
– Ну.. я.. Я же его совсем не помню, а вы меня спасли, значит, моя жизнь теперь принадлежит вам, и вы можете дать мне новое имя, – совершенно серьёзно пояснила пустая.
– А сама ты его придумать не хочешь?
– Нет, господин, я хочу, чтобы его мне дали Вы, это будет правильно, – странная логика, хотя не мне её судить.
Я задумался, непроизвольно вспомнив обстоятельства выбора собственного имени. А зря. После этого все размышления упорно прерывала всплывающая в памяти Виктория Целес, но называть её Виктория… Здесь этого вообще никто не произнесёт. Хотя… Да, символично получится, а то, что кроме меня этот символизм никто не поймёт, даже ещё лучше. Непроизвольно скрежещаще хихикнув, в точности как это делал белое альтер эго Ичиго, отчего обе мои спутницы вздрогнули, я вынес вердикт.
– Я придумал тебе имя. С этого момента тебя зовут Сёри.
– Спасибо, господин, – кажется, она действительно рада. А вот Кин на неё смотрит подозрительно и немного ревниво, но вроде не враждебно. Хорошо. Не хочу, чтобы мои фракционы лаялись так же, как у Халлибел, а если всё-таки начнут – придётся воспитывать.
– Пожалуйста. А теперь отдыхайте, мне надо подумать, – и я уселся на песок, скрестив руки домиком перед маской. Кин по привычке устроилась рядом, а Сёри чуть в стороне, из нас троих реально отдых был нужен только ей.
Вопрос состоял в том, что делать дальше? Варианта два. Либо продолжать бродить по Хоэко Мундо, увеличивая свои силы, либо отправиться в материальный мир. Уж не знаю, какая разница во времени между Обществом душ и Хоэко Мундо, но вряд ли очень большая, а я и так здесь уже долго. Сколько времени уже прошло с момента, как я влетел в разлом пространства? Год? Два? Я вроде и пытался следить за временем, но как тут его определишь? Если, даже просто случайно задумавшись, можно выпасть из реальности на несколько десятков часов? Да к тому же сам это разрыв пространства… Если вспомнить, то на гарганту он совершенно не походил. Гарганта – дверь, а там был грубый пролом в стене. И кто его знает, как тот переход был связан с потоками времени в материальном мире и Хоэко Мундо? Если уж быть совсем параноиком, то меня могло выкинуть и несколько раньше начала событий в Каракуре, и значительно позже. Хотя второй вариант отпадает в свете имеющихся данных, а вот первый вполне возможен. Так, что-то меня не в те дебри понесло.
Сейчас в любом случае следует отправиться к Лас Ночес – последние два (предположительно, ибо за точность не ручаюсь) месяца я от него удалялся. Там, конечно, собралась просто куча еды, но привлекать к себе внимание раньше времени было бы очень глупо. Так что путь не близкий, можно и подумать, а там по обстоятельствам.
Настроение у меня было отличное. Этому было целых две причины. Первая – это мои фракционы. Девочки, следуя в десятке метров за мной, вдохновенно перемывали косточки моей скромной персоне. Они так увлеклись этим процессом, что совершенно забыли о необходимости понижать голос, хотя бы ради приличия. Ибо я, даже когда они только шептали, всё прекрасно слышал. Сложно не услышать близкий разговор в безмолвии Хоэко Мундо. Но как я уже сказал, девушки так увлеклись, что об этом забыли, и ничто не мешало мне получать море удовольствия. Я узнал о себе много нового. Никогда бы не подумал, что у меня есть привычка шевелить правой кистью, когда я нервничаю или задумываюсь, или что у меня очень красивые глаза, особенно когда я смотрю ими на врагов. Нет, ладно кисть, я проверил – действительно есть такая привычка. Но вот как они красоту глаз определили? Особенно её градацию? У меня глазницы в маске сияют равномерным красным светом, как там что определить?! А уж как они обсуждали мою броню… Но самая главная интрига и горячая тема для обсуждения: где у меня дыра? Какие только предположения не строились… Слушая их, я просто млел от восторга. И как я раньше обходился без компании?
Второй же причиной было то, что мне, наконец, удалось создать клинок из Серо. Он был красного цвета, примерно восьмидесяти сантиметров в длину и прожигал даже мою кожу. Правда, форма и устойчивость оставляли желать лучшего, но главное – он получился! Опробовать я его тоже уже успел, даже специально для этого спустился в Лес Меносов через попавшийся на пути проход. Гиллианов он резал на загляденье, словно вообще не замечая.
Там же я узнал важные новости. В Лас Ночес объявился Айзен, и сейчас несколько адьюкасов из бывшей армии Баррагана старательно распространяли информацию, что он ищет сильных пустых, и запрягали мелких на их поиски. Арранкаров пока не появилось, но первые эксперименты уже начались. С один таким я даже встретился.
Синяя кожа, гуманоидная форма, вросшая в голову посеревшая маска. Его можно было принять за адьюкаса, но привкус реацу значительно отличался, может, обычный наблюдатель этого бы не заметил или не обратил внимания, но я слишком много времени проводил за изучением и наблюдением этой формы энергии, а также происходящими в ней в процессе эволюции изменениями. Силёнок ему было не занимать, теперь верю, что тот пустой из армии Баррагана после превращения в арранкара смог победить Халлибел и её зверинец. Впрочем, этот до вастер лорда всё же не дотягивал, разве что прочностью шкуры, как там, иерро, да? А скорость, уровень реацу, Серо, наконец – всё было на уровне сильного адьюкаса, может даже крепкого середнячка. Всё это я пронаблюдал, когда он ставил на место местного пахана и объяснял новое положение дел. Ни меня, ни моих девочек ни тот, ни другой во время своего общения не заметили – скрытие своей реацу было приоритетным занятием на наших тренировках. Правда, когда возмущения реацу от их битвы улеглись, недоарранкар сумел почувствовать Сёри и, глумливо хохотнув, с криком «А что это тут у нас?!» переместился прямо к нашей группе.
– Ба! Да тут у нас целых два адьюкаса! – реацу Кин на таком расстоянии тоже чувствовалась. Ему стало очень весело. – Два слабых, жалких адьюкаса! Что, малютка Кин? Нашла себе напарника, столь же жалкого, как и ты? А я соскучился! У нас случилось много всякого, и совсем нет времени для развлечений, но ведь ты поможешь исправить эту неприятность?
– Га… Гартрондил? – в изумлении пискнула кошка, видимо, узнав бывшего сослуживца.