Махнул рукой Зине, повернулся и зашагал навстречу открывающимся воротам.
Часть вторая
Покой вечный подари им, Господи
Глава первая
Встреча
Геннадий Викторович Монахов, толстенький, круглолицый мужчина средних лет, сидел в пивном ресторанчике и пил пиво. Пиво он любил, особенно хорошее. У него была своя пивная философия, понятная только ему одному. Другие напитки он не признавал. Он молча потягивал холодный пенный напиток, изредка рассматривая остальных посетителей. Вот, например, справа расположилась компания веселящихся молодых девушек, которые о чём-то громко беседовали. Одна из них посмотрела в сторону Монахова и слегка улыбнулась. Геннадий Викторович едва улыбнулся в ответ и попытался незаметно втянуть живот. Получилось плохо. Он вздохнул и продолжил вкушать ячменный напиток.
Город вовсю готовился к наступающему Новому году. До главного события оставалась неделя. Геннадий Викторович был в прекрасном настроении, перед праздниками ему светила хорошая премия, а сейчас он ждал друга детства, которого не видел пять лет.
— Генка, здорово! — раздался голос справа.
Монахов повернул голову, и лицо его расплылось в широкой улыбке. Перед ним стоял его друг, Токарев Максим Яковлевич.
— Макс, привет! — радостно ответил Монахов. — Хорошо выглядишь! Садись давай.
Максим Яковлевич деловито сел за стол и принялся листать меню, тут же принесённое официантом. Выглядел он хорошо, гораздо лучше и моложе, чем Геннадий Петрович, хотя возраста они были одного. Одет Токарев был в красивый белый пиджак, модные джинсы, из-под рукава рубахи торчал дорогой браслет с часами. Сам он был подтянут и свеж лицом.
— Ну что, рассказывай, как твои дела? — начал беседу Монахов.
— Хорошо. Бизнес процветает, жена довольна, денег много, квартиру недавно в центре купил. Сам спортом занимаюсь, два раза в неделю в спортзал хожу. А ты как? Всё по-прежнему в университете работаешь? Историю преподаёшь?
— Ну да, ну да. Куда же я от него. Недавно вот работу написал. Её многие оценили. Премию даже обещали.
— Какая тема? — спросил бизнесмен, попутно сделав заказ официанту.
— Про копьё судьбы.
— Ты же вроде историк? Что это ты в мифологию ударился?
— Истории тут пруд пруди, — слегка обиделся Геннадий Викторович.
— Ну ладно, не обижайся, — подбодрил его друг. Давай в двух словах расскажи, что за копьё такое.
— Копьё Лонгина, или копьё судьбы, орудие, которое по преданию римский воин вонзил в сердце распятому Христу.
— Вот как? Интересно. Продолжай.
— Существует четыре копья: Армянское, Ватиканское, Венское и Краковское. Так вот, проштудировав множество литературы, я согласился с мнением многих исследователей, что настоящее и подлинное из них только одно — Армянское.
— И где же оно хранится?
— В сокровищнице Эчмиадзинского монастыря. До этого долгое время хранилось в Гегарде.
— Вот как. И в чём же суть твоей работы?
— Сведений тут очень мало, но, исследовав горы литературы и даже побывав в Армении, я пришёл к выводу, что копьё не совсем целое.
— В каком смысле?
— Не хватает одного маленького кусочка.
— Вот тебе дело до какой-то старой железяки.
— Эээ, не скажи, — произнёс историк, окуная сырные наггетсы в соус. — По преданию, кто обладает копьём Лонгина, может вершить судьбы мира. А тут кусочка не хватает, это тебе не хухры-мухры.
— Понятно, — произнёс бизнесмен, — разом утратив интерес к этой теме. — Сам-то как, не женился ещё?
— Нет, мне первого раза хватило, — ответил Геннадий Викторович, отхлёбывая из второй кружки.