Наступила глубокая ночь… Сергей посмотрел на Башира, тот дремал, развалившись на пыльном матраце, на лице застыла маска, маска улыбки…
Сергей взял дистанционный пульт видеодвойки и нажал красную кнопку «Off», воцарилась тишина, ненадолго прерываемая назойливым стрекотом цикад.
«Совсем как на побережье Черного моря», — подумал Сергей, и перед его глазами возникли уютные пляжи, песок, чайки, запах шашлыка, убаюкивающее шуршанье волны…
Очнулся Сергей от резкого луча света. Ничего не видя перед собой, он интуитивно перевалился со спины на левый бок и краем глаз увидел острие кинжала, занесенного над ним. Мозг мгновенно проснулся, тренированное тело в долю секунды выполнило его установку, годами отрабатывавшиеся движения самообороны и в этот раз оказались как нельзя кстати.
Сергей перехватил руку нападавшего и одновременно ногами сделал подсечку.
Башир, а это был он, охнул от неожиданности и упал на матрацы как подкошенный.
В следующее мгновение кинжал с хрустом вошел по самую рукоять ему под кадык.
Все было кончено…
Сергей несколько раз пнул безжизненное тело ногой, вывернул карманы. В них ничего не было кроме пачки сигарет «Риада». Под зеленой майкой блеснула серебряная цепь с медальоном. Сергей сдернул ее с окровавленной шеи убитого и прочитал гравировку на обратной стороне медальона, изображавшего змею.
«Самсон» — гласила надпись на английском языке…
Медленно осматривая посещение, Сергей обратил внимание на перевернутую стеклянную банку, где еще недавно находились две змеи… Одна из них ползла, извиваясь в его сторону, не издавая при этом никаких звуков.
«Николай Николаевич Дроздов в программе „В мире животных“ говорил, что гадюки не шипят при нападении», — мелькнула мысль в голове Сергея.
Быстро схватив со стола канистру со спиртом, он метнулся навстречу тварюге и стал поливать ее обжигающей жидкостью. Вот тогда-то гадина зашипела, свилась в кольца и стала издавать звуки, похожие на крики проголодавшихся чаек.
Со всей силы прижал сапогом голову змеи к полу вагончика, а затем кинжалом отсек ее от туловища.
Второй змеи нигде не было видно, затаилась, готовясь нанести свой смертельный удар. Посмотрев на часы, присвистнул:
— Пять утра, вот так прогулялся. Пора и честь знать, загостился я тут у тебя, садык, — прошептал он, смотря на труп Башира. — Ну что? На посошок, как на Руси говорят? Молчишь? Молчишь… На все воля Аллаха.
Сергей сделал небольшой глоток из горла канистры, вымыл спиртом руки, а оставшуюся жидкость разлил дорожкой по полу вагончика. Вышел в темноту, закурил и после нескольких глубоких затяжек едкого дыма бросил сигарету в открытую дверь.
Огонь мгновенно принялся за дело, пластик внутреннего покрытия вагончика источал темный дым, ночь озарилась ярким одиноким факелом.
Сергей, подняв воротник куртки, широко расставляя ноги, заспешил на север.
Свет догоравшего вагончика постепенно тускнел, и, когда Мартынов перевалил за высокую насыпь, всю местность поглотила собой темнота. Сергей остановился и поднял голову к небу… Миллионы звезд, тучи звезд мерцали и роились стаями там, в удивительной вышине…Мухи… звездные мухи…
— Хорошо-то как!!!
По краю, по далекому краю гудит ветер в проводах, как мотив, на тебя, на тебя я гадаю, покаянью своему супротив. Музыка серебра колокольца, на мое сердце ложится кольцом, освежает лицо дуновеньем, вспоминаю о тебе, о былом.
О былом не грущу и не плачу, нашу мелодию помню, храню, быстрому ветру тайну открою, я вас искренне, как прежде, люблю. По краю, по далекому краю, гудит ветер в проводах, как мотив, на тебя, на тебя я гадаю, покаянью своему супротив.
Сергей пел во весь голос и шел навстречу медленно двигающемуся по пустыне «джипу»…
— Ты где пропадал? — нахмурив брови, строго спросил его Иван.
— Не делай умное лицо, Ваня, ты же офицер, — пошутил Мартынов. — Наслаждался экзотикой.
— Насладился, — смягчил тон Машанов.
— Вполне. А вы что так припозднились?
— Ты представляешь, — косясь на Али, ответил шепотом Иван, — они ракету при разряжении уронили.
— Как это?